# Киносценарий: основы написания

Сид Филд

Сид Филд – всемирно известный сценарист, продюсер, педагог, преподаватель и автор нескольких бестселлеров, переведенных на многие языки мира. Его книги используются в качестве учебного материала в более чем 400 колледжах и университетах США. Филд стал первым представителем Ассоциации американских сценаристов, имя которого упоминается в Зале славы сценарного искусства. «Киносценарий» – одна из библий киноиндустрии, это одновременно профессиональный учебник и уникальный вдохновитель и мотиватор для начинающих сценаристов. Это полноценный учебник с пошаговыми инструкциями от первого слабого проблеска идеи до маркетинговых мероприятий для готового киносценария. Автор докажет, что написание киносценария – это творческий процесс, которому можно научиться.

## О Сиде Филде

> «[Сид Филд] – это самый востребованный в мире учитель по сценарному мастерству».

> Hollywood Reporter

> «Сид Филд – превосходный аналитик в области изучения американских киносценариев».

> Джеймс Л. Брукс, обладатель премий «Оскар» в номинациях «Лучший сценарий», «Лучший режиссер», «Лучший продюсер»

> «Я написала сценарий фильма “Как вода для шоколада” благодаря тому, что училась на книгах Сида. До этого я чувствовала, что становлюсь заложником структуры, однако то, чему я научилась, раскрепостило меня и позволило сфокусироваться на сюжете».

> Лаура Эскивель, писатель, сценарист, автор сценария фильма «Как вода для шоколада»

> «Если бы я писал киносценарии… я бы брал с собой книгу Сида Филда, куда бы ни шел».

> Стивен Бочко, писатель/продюсер/режиссер, телесериал «Полиция Нью-Йорка»

> «Книга[и] Сида Филда – это Библия и Талмуд для поколения начинающих сценаристов».

> Salon.com

## О книгах Сида Филда

«КИНОСЦЕНАРИЙ: Основы написания»

(Screenplay: The Foundations of Screenwriting)

> «“Киносценарий…” – это одна из библий киноиндустрии. Благодаря ей перед многими перспективными сценаристами Голливуд распахнул свои двери».

> Library Journal

> «[Сид Филд] – это гуру для будущих сценаристов… “Киносценарий…” – их самая популярная Библия».

> Los Angeles Herald Examiner

> «Наполненная здравым смыслом, необыкновенная книга».

> Esquire

> «Это единственное руководство, которое начинающие сценаристы должны воспринимать всерьез».

> Тони Билл, обладатель премии «Оскар» в номинациях «Лучший режиссер», «Лучший продюсер»

> «Книга впечатляет редким сочетанием качеств: это профессиональный учебник… довольно интересный и живо написанный, в то же время, по всей видимости, автор пытается настроить нас на то, чтобы мы поступали правильно и творили добро. Его простые советы действуют ободряюще, так же как упор на правильное отношение к жизни и мотивацию».

> Los Angeles Times Book Review

> «Основы ремесла изложены довольно просто, что позволяет каждому новичку превратить идею в готовый сценарий».

> American Cinematographer

> «Очень нужная книга… конкретная и информативная… точная и понятная, ее помощь новичкам сложно переоценить».

> Fade-In

> «Полноценный учебник с пошаговыми инструкциями от первого слабого проблеска идеи до маркетинговых мероприятий для готового киносценария».

> New West

> «Совет эксперта по написанию сценария с прописанными героями и другими действующими лицами, со структурой действия. Принципы, которым легко следовать вкупе со здравым смыслом, – вот отличительные черты этой чрезвычайно полезной книги».

> Video

> «Замечательная помощь для сценаристов. Я всегда советую молодым сценаристам взять эту книгу и прочитать от корки до корки, после чего либо принять ее полностью, либо взбунтоваться против нее. В любом случае эта книга точно направит мысли в нужное русло».

> Дэвид Кепп, обладатель различных кинопремий в номинации «Лучший сценарий», режиссер фильмов «Человек-паук», «Тайное окно», «Война миров»

> «Очень нужная книга».

> Фрэнк Пирсон, обладатель премии «Оскар» в номинации «Лучший сценарий», президент Гильдии сценаристов Америки, Западное отделение

«УЧЕБНОЕ ПОСОБИЕ СЦЕНАРИСТА: Упражнения и пошаговые инструкции по написанию успешных сценариев»

(The Screenwriter’s Workbook: Exercises and Step-by-Step Instruction for Creating a Successful Screenplay)

> «Один из стандартов в этой отрасли».

> Amazon.com

«ПРОДАЖА СЦЕНАРИЯ: Гид по Голливуду для сценариста»

(Selling a Screenplay: The Screenwriter’s Guide to Hollywood)

> «Чудесная книга, которая должна быть на полке у каждого кинематографиста».

> Ховард Казанян, кинопродюсер фильмов «Индиана Джонс: В поисках утраченного ковчега», «Возвращение Джедая», «Разрушитель»

> «Просвещенный, занимательный взгляд на изнанку “Фабрики грез”. Это невообразимая помощь для сценаристов, пытающихся получить представление об устройстве Голливуда».

> Дэвид Киркпатрик, кинопродюсер, бывший глава Paramount Pictures

«ЧЕТЫРЕ СЦЕНАРИЯ: Уроки по американским киносценариям»

(Four Screenplays: Studies in American Screenplay)

> «Захватывающий взгляд на самый неявный процесс в киноиндустрии».

> Майкл Бесман, кинопродюсер «О Шмидте»

> «Книга, ради которой писатели встанут в очередь, а руководители студий потратятся на ксерокс».

> Джеймс Л. Брукс, обладатель премии «Оскар» в номинациях «Лучший сценарий», «Лучший режиссер», «Лучший продюсер»

> «Чего стоит написание великолепного сценария? Вы найдете ответ здесь… Это шедевр Филда, его книга – необходимая часть всех книжных коллекций по искусству кино».

> Library Journal

> «Первоклассный анализ того, как создать хороший сценарий: обязательна к прочтению начинающим сценаристам».

> Линда Обет, кинопродюсер, «Как отделаться от парня за 10 дней», «Неспящие в Сиэтле»

> «Благодаря его [Сида Филда] практическому подходу теория оживает, что позволяет выделить четыре выдающихся сценария».

> Дебора Джелин Ньюмайер, кинопродюсер, исполнительный вице-президент Amblin Entertainment

> «“Четыре сценария…” – это не просто самая познавательная книга Сида Филда… она еще и самая смешная».

> Анна Хэмилтон Фелан, сценарист («Прерванная жизнь»)

> «Одна из лучших книг о кино и сценарии из тех, которые я читал. Сид пишет страстно и проницательно».

> Ханс Циммер, кинокомпозитор («Гладиатор», «Последний самурай», «Тельма и Луиза»)

«ПОМОЩНИК В РЕШЕНИИ ПРОБЛЕМ КИНОСЦЕНАРИСТА: Как распознать, определить и обозначить проблемы, касающиеся написания сценариев»

(The Screenwriter’s Problem Solver: Howto Recognize, Identify, and Define Screenwriting Problems)

> «С какой бы проблемой вы ни столкнулись, гуру киносценария Сид Филд сможет помочь».

> Amazon.com

«ПОХОД В КИНО: Персональное путешествие по современным фильмам длиною в четыре десятилетия»

(Going to the Movies: A Personal Journey Through Four Decades of Modern Film)

> «Опытный учитель в написании сценариев… выступает как настоящий герой Голливуда. Никто не видит фильмы так, как Сид… Самобытное мышление, вызывающее восхищение».

> Kirkus Reviews

> «Несмотря на кажущуюся сдержанность, его книга поучительна, неизменно занимательна, умна, остроумна и вдохновляет читателя на создание великих фильмов».

> Publishers Weekly

> «Сид Филд знает о фильмах абсолютно все, а эта книга, в которую он вложил больше, чем в другие свои книги, очаровательна, душевна и очень мудра. Возьмите попкорн, откиньтесь на кресле и разделите магию большого экрана с мастером».

> Тед Тэлли, обладатель премии «Оскар» в номинации «Лучший сценарий» («Молчание ягнят»)

> «Чем действительно знаменательна эта книга – так это тем, как автор ведет нас в путешествие… [и] его настоящая любовь к кино».

> Booklist

> «Те, кто задавался вопросом, почему Сид посвятил себя тому, чтобы поднять планку в написании сценариев, теперь понимают причину – это страстная любовь к фильмам и их производству длиною в жизнь».

> Марк Норманн, обладатель премии «Оскар» в номинации «Лучший сценарий» («Влюбленный Шекспир»)

> «Занимательное путешествие по миру кино, охватывающее тридцатилетний период, с ответом на вопрос, который интересует нас всех: “В чем причина действенности кино?”»

> Фэй Канин, бывший президент Американской академии кинематографических искусств и наук

> «Филд прокладывает новые пути к пониманию изменяющихся факторов, влияющих на создание сценариев. Своим прозорливым видением киноремесла Филд влияет на поколения фанатов кинематографа и формирует общественное мнение. Ничего эксклю-зивнее просто нет».

> Джеймс Рэган, директор программы профессиональной подготовки писателей в Университете Южной Каролины

> «Страсть Филда к кино сквозит во всем».

> Library Journal

> «Сид Филд посвятил свою жизнь поиску ответа на вопрос, что делает фильм великим. Теперь он делится своими замечательными соображениями о кино и легендарных деятелях этого искусства, которые наполнили его жизнь смыслом».

> Variety

Другие книги, написанные Сидом Филдом

♦ «Поход в кино» (Going to the Movies)

♦ «Продажа сценария» (Selling a Screenplay)

♦ «Четыре сценария» (Four Screenplays)

♦ «Учебное пособие сценариста» (The Screenwriter’s Workbook)

♦ «Помощник в решении проблем киносценариста» (The Screenwriter’s Problem Solver)

## Особая благодарность

> Всем тем, кто был раньше, и всем тем, кто будет после нас… и великим святым и мастерам сиддхи, которые зажгли пламя и поддерживают огонь…

Невероятно одаренным сценаристам Роберту Тауну, Джеймсу Кэмерону, Дэвиду Кеппу и Стюарту Битти; Марку Хеймсу из Dream Works; Стерлингу Лорду и Шеннон Джемиесон Васкес, которые вместе со мной преодолевали все трудности; всем сотрудникам Landmark Education, которые дали мне возможность собрать достаточно материала для написания этой книги и поддерживали меня.

И, разумеется, Авиве, идущей вместе со мной по этому пути.

## К читателю

> Моя цель… заставить вас слышать, чувствовать и, самое главное, видеть. Это немного, но в этом – все.

> Джозеф Конрад

## Введение

> Мы можем забыть о прошлом, но прошлое о нас не забудет.

> «Магнолия», Пол Томас Андерсон

В 1979 году, когда я написал первый вариант книги «Киносценарий: основы написания сценариев», в магазинах было совсем немного изданий, посвященных этому ремеслу. Самой популярной из них была книга Лайоша Эгри «Искусство написания драматургических сценариев» (Lajos N. Egri «The Art of Dramatic Writing»), которая была впервые опубликована в 40-х годах XX века. Хотя ее нельзя было вполне назвать книгой по данной тематике, так как она, скорее, предназначалась для сценариев спектаклей, принципы, изложенные в ней, были простыми и точными. В то время не существовало значительной разницы между искусством сочинения сценариев для сцены и кино.

Книга «Киносценарий…» изменила ситуацию. Для того чтобы заложить основы этого искусства, в ней излагались принципы драматургической структуры. Кроме того, это была первая книга, в которой разбирались известные и популярные фильмы того времени, чтобы наглядно проиллюстрировать сценарное мастерство для большого экрана. Как известно, написание киносценариев – это такое ремесло, которое порой достигает уровня искусства.

Когда эта книга была опубликована, она сразу же стала бестселлером, «молниеносной сенсацией», как окрестил ее мой издатель. В течение нескольких следующих месяцев книга пережила несколько изданий и стала горячей темой для обсуждения. Казалось, все были удивлены ее невероятным успехом. Но не я. В те времена, в 70-х, когда я читал лекции по написанию киносценариев в экспериментальном колледже Шервуд Оукс в Голливуде, мне встречались люди из разных слоев общества, которые жаждали сами написать сценарий. Мой курс посещали сотни людей, и вскоре стало очевидно, что каждому есть что рассказать. Просто они не знали, как это сделать.

С того дня ранней весны 1979 года, когда книга «Киносценарий…» впервые появилась на полках книжных магазинов, написание сценариев пережило огромный скачок. Сегодня сценарное мастерство и киноиндустрия стали неотъемлемой частью нашей культуры, которую нельзя игнорировать. Зайдите в любой книжный магазин, и вы увидите не один ряд полок, заставленных книгами по любому направлению, связанному с производством кино. Двумя самыми популярными дисциплинами на институтской скамье являются бизнес в широком понимании и кинобизнес. Более того, с учетом невероятного развития компьютерных технологий, компьютерной графики и возросшего влияния MTV, реалити-ТВ, игровых приставок Xbox, PlayStation, беспроводных интернет-сетей, в разы возросшего количества кинофестивалей в мире, можно сказать, что мы находимся в эпицентре революции кино. Ведь нужно совсем немного времени, чтобы снять короткий ролик на телефон, переслать его по электронной почте друзьям и воспроизвести у себя на телевизоре. Очевидно, что наше видение вещей стало иным.

Посмотрите на эпическое приключение «Властелин колец» (все три части), или на портрет современной семьи, показанный в фильме «Красота по-американски», или на эмоциональное и визуальное воздействие фильма «Фаворит», или на авторские экранизации книг «Превосходство Борна», «Холодная гора», «Помни», «Академия Рашмор», «Магнолия», «Семейка Тененбаум», «Вечное сияние чистого разума» и сравните их с любыми фильмами 70-х или 80-х годов, и вы воочию убедитесь в произошедшей революции: одна сцена быстро сменяет другую; информация визуальна, быстра; тишина утрирована; спецэффекты и музыка вышли из тени, на них делается упор. Течение времени зачастую субъективно и нелинейно, оно больше напоминает романы по своему тону и исполнению. Однако, несмотря на то что выразительные средства и технику построения сюжета затронул прогресс и они претерпели достаточные изменения, отвечая на потребности и технологии и времени, искусство повествования осталось прежним.

Фильмы – это смесь искусства и научных достижений; технологическая революция изменила то, как мы видим фильмы, и, следовательно, то, как мы пишем для них сценарии. Однако, несмотря на все изменения в подаче материала, природа киносценария осталось прежней: сценарий – это история, рассказанная в картинках с использованием диалогов и описаний, помещенная в контекст драматургической структуры. Вот что это такое, в этом его суть, и в этом кроется искусство визуального повествования.

Написание киносценария – это творческий процесс, которому можно научиться. Для того чтобы рассказать историю, нужно придумать персонажей, создать драматургический замысел (то, о чем история) и насытить его драматургическими обстоятельствами (при которых развивается сюжет), создать для персонажей препятствия, с которыми им предстоит бороться и которые они должны преодолеть, а затем подвести дело к развязке. Сами знаете: мальчик знакомится с девочкой, мальчик встречается с девочкой, мальчик теряет девочку. Все истории, от Аристотеля до сегодняшнего дня, строятся на одних и тех же принципах драматургии.

В фильме «Властелин колец: Братство кольца» Фродо несет Кольцо туда, где оно было создано, на Огненную гору – это единственное место, в котором его можно уничтожить. Это его драматургическое предназначение. То, как он туда добирается и как выполняет задание, – это история. Персонажи, обстоятельства и сюжет в фильме «Властелин колец: Братство кольца» развиваются в хронологическом порядке; мы видим Фродо и Шир, а также само Братство, отправляющимися в путь на Огненную гору. Во второй части, «Двух башнях», препятствия, с которыми сталкиваются Фродо, Сэм и Братство на пути к уничтожению Кольца, драматизируются и усугубляются. После одного препятствия им преграждает путь другое, что постоянно затрудняет выполнение задачи. В то же время Арагорну и другим необходимо преодолеть множество злоключений, чтобы победить орков в Хельмовой пади. Третья часть, «Возвращение короля», разрешает историю: Фродо и Сэм добираются до Огненной горы и смотрят, как Кольцо и Голлум падают вниз и исчезают в языках пламени. Арагорн становится королем, а хоббиты возвращаются в Шир, чтобы продолжить жизнь.

### Завязка, конфликт и развязка

В этом суть драматургии. Я понял это, еще когда мальчишкой сидел в полумраке кинотеатра с попкорном в руках и с восторженным трепетом смотрел на двигающиеся картинки, которые мелькали в белой реке света на огромном экране.

Рожденный в Лос-Анджелесе (мой дед перебрался сюда из Польши в 1907 году), я вырос в окружении мира кино. Когда мне было около десяти, я в качестве члена The Sheriff’s Boys’ Band снимался в фильме Фрэнка Капры «Состоят в браке» вместе с Трейси Спенсером и Кэтрин Хепберн. Мне не очень хорошо запомнился этот ранний опыт, разве только то, как Ван Джонсон учил меня играть в шашки.

Каждый субботний вечер мы с друзьями пробирались в ближайший кинотеатр и смотрели сериалы «Флэш Гордон» и «Бак Роджерс». Во времена моей юности посещение кинотеатра было страстью, новым типом досуга, отдушиной и темой для разговоров. Кинотеатр стал местом развлечения. Иногда это были поистине незабываемые моменты; например, Богарт и Бэколл в главных ролях «Иметь и не иметь», или дикий танец Уолтера Хьюстона, когда он нашел золото в горах в фильме «Сокровища Сьерра-Мадре», или Марлон Брандо, сотрясающий мостки в конце фильма «В порту».

Я учился в школе старших классов Hollywood High School, и мне предложили стать членом «Афинян», одного из множества клубов, в который входили ученики старшей школы. Вскоре после окончания один из моих лучших друзей Фрэнк Маццола, также член «Афинян», познакомился с Джеймсом Дином, и у них завязалась крепкая дружба. Фрэнк представил членам нашего клуба Дина, который в то время был таким, что по сегодняшним меркам его причислили бы к уличной банде. Режиссер Николас Рэй и Джеймс Дин выбрали Фрэнка для роли Кранча в фильме «Бунтарь без идеала», а также в качестве консультанта «банды». Таким образом, структура клуба/ банды «Афинян» была передана в «Бунтаре без идеала». Иногда Дин присоединялся к нашим субботним прогулкам по Голливудскому бульвару в поисках приключений. Мы были так называемыми сложными подростками, никогда ни перед чем не пасовали, будь то драка или проверка «на слабо», и постоянно нарывались на неприятности.

Дину нравилось слушать рассказы о наших «приключениях», и он постоянно расспрашивал нас о деталях. Когда мы попадали в какой-нибудь лихой переплет, что бы это ни было, он хотел знать, как все началось, что мы думали и как это переживали. Типичные для актера вопросы.

Только после выхода «Бунтаря без идеала» на большой экран и его сногсшибательного мирового триумфа я осознал, насколько весомым оказался наш вклад в этот фильм. Ирония была в том, что присутствие Дина в нашей компании не произвело на меня практически никакого эффекта, и только после его смерти, после того как он стал иконой нашего поколения, я стал понимать значение нашего общения.

Маццола уговорил меня пойти на занятия по актерскому мастерству, которые полностью изменили мою жизнь; это и был один из поворотных моментов в моей жизни, выведший меня на дорогу, по которой я следую до сих пор. Моя семья – тети и дяди (мои родители умерли несколькими годами ранее) – хотела, чтобы я приобрел «практичную профессию», например врача или юриста. Я работал на полставки в медицинском комплексе Маунт-Синай, и мне нравилась драматичность и напряженность реанимации, поэтому я лелеял мысль когда-нибудь стать врачом. Я поступил в Калифорнийский университет, собрал свои скромные пожитки и переехал в Беркли. Шел август 1959 года.

В начале 60-х Беркли был раскаленным горнилом общественного возмущения и протеста; повсюду можно было видеть баннеры, лозунги и листовки. Силы сопротивления под руководством Фиделя Кастро только что свергли режим Батисты, везде виднелись лозунги от «Свободная Куба» и «Время для революции» до «Свобода слову» «Отменить вневойсковую подготовку офицеров запаса», «Равные права для всех», «Социализм для всех и все для социализма». Телеграф-авеню, главная улица, ведущая к студенческому общежитию, всегда была заполнена пестрой палитрой баннеров и листовок. Митинги протеста проходили практически каждый день, и, когда я останавливался, чтобы послушать их, агенты ФБР всех фотографировали, пытаясь не вызывать подозрения, несмотря на свои рубашки и галстуки. Это было анекдотично.

У меня не получилось долго оставаться в стороне от бурных событий того времени. Как и многие другие люди моего поколения, я был под большим впечатлением от представителей бит-культуры: Керуака, Гринзберга, Грегори Корсо – поэтов-икон, которые были рупором неповиновения и революции. Вдохновленный их голосами и жизнью, я тоже хотел проявить себя на волне перемен. Это было незадолго до того, как студентов охватил вихрь политического безумия под руководством Марио Савио и других активистов Движения за свободу слова.

Когда я учился на втором курсе университета, меня взяли на роль Войцека в одноименной пьесе немецкого драматурга Георга Бюхнера. Мое знакомство с великим французским кинорежиссером Жаном Ренуаром состоялось как раз в тот момент, когда я участвовал в спектакле. Знакомство с Ренуаром буквально перевернуло мою жизнь. Я пришел к выводу, что в жизни человека происходят два-три события, которые коренным образом все меняют. Мы с кем-то встречаемся, куда-то идем, делаем что-то такое, чего никогда не делали прежде, – в такие моменты у нас и появляется возможность избрать то направление, которое было нам уготовано.

Говорят, что мне улыбнулась невероятная удача поработать с Ренуаром, что это было счастливое стечение обстоятельств: я оказался в нужном месте в нужное время. Конечно, так, но со временем я понял, что это не просто удача или стечение обстоятельств; я думаю, что многое зависит от человека. Каждый момент, каждый урок, преподанный нам за недолгий срок, отведенный для жизни, чему-нибудь нас учит. Называйте это роком, судьбой, как хотите – это не имеет никакого значения.

Я прошел отбор для мировой премьеры фильма Ренуара «Карола» и получил роль третьего плана – Кампана, оператора сцены театра в Париже во время нацистской оккупации на самом исходе Второй мировой войны. В течение почти целого года я учился у Ренуара: смотрел и познавал все о фильмах его глазами. Он всегда комментировал фильмы, громко и страстно отзывался обо всем, что видел или писал, как художник, человек, гуманитарий в широком понимании. Он был и первым, и вторым, и третьим. В его присутствии я ощущал вдохновение, усваивал основной урок жизни, получал удовольствие. Быть рядом с ним было привилегией и замечательным ученическим опытом. Хотя кино всегда составляло большую часть моей жизни, именно в то время, которое я проводил в обществе Ренуара, фильмы для меня стали тем же, что и солнце для растений. Я увидел кино в совершенно новом свете – как вид искусства, который можно изучать и постигать, находя в сюжете и сценах выражение и понимание жизни. Именно с тех пор моя любовь к кино все больше крепнет, становится все больше и сильнее.

«Qu’est-се que le cinema?» («Что есть фильм?») – вопрос, который всегда задавал нам Ренуар перед тем, как мы смотрели очередной фильм. Он говорил, что кино – это нечто большее, чем просто чередующиеся картинки на экране: «Фильмы – это вид искусства, который становится обширнее, чем жизнь». Что я могу сказать о Жане Ренуаре? Он был с виду таким же человеком, как все остальные, но он отличался от прочих, по моему мнению, тем, что у него было большое сердце; он был открытым и дружелюбным, очень начитанным, мудрым, находчивым. Казалось, что он оказывал влияние на жизни всех, с кем сталкивался. Сын великого художника-импрессиониста Пьера Огюста Ренуара, Жан тоже был наделен даром видеть мир по-своему. Ренуар учил меня искусству кино, искусству зрительного повествования, он развил во мне дар проникать в суть вещей. Он указал мне нужную дверь и держал ее открытой, пока я входил. Я никогда не оглядывался.

Ренуар ненавидел клише. Говоря о претворении идеи в жизнь, он часто цитировал своего отца: «Если ты нарисуешь лист на дереве по памяти, не видя самого дерева, то твое воображение вознаградит тебя только несколькими листками; но у Природы их миллионы на одном дереве, и среди них не найти двух одинаковых. Художник, рисующий только то, что ему подсказывает собственное воображение, должен очень скоро начать повторяться». Если вы посмотрите на известные картины Ренуара, то поймете, что он имел в виду. Ни листья, ни цветы, ни люди никогда не выглядели одинаково. То же самое можно сказать о фильмах его сына: «Великая иллюзия», «Правила игры» считаются двумя величайшими фильмами всех времен, «Золотая карета», «Завтрак на траве» и многие другие. Ренуар говорил мне, что «рисует светом», точно так же как его отец рисовал красками. Жан Ренуар был художником, который открыл кино точно так же, как его отец «открыл» импрессионизм. «Искусство, – подчеркивал Ренуар, – должно давать зрителю шанс слиться с творцом…»

Вы переживаете сильные чувства, когда смотрите, как картинки порхают по экрану в любимых фильмах: от «Властелина колец: Братства Кольца» до «Семейки Тененбаум»; от «Матрицы» до «Близких контактов третьей степени»; от первых выстрелов, раздавшихся в «Мосте через реку Квай», до запечатления всей человеческой истории в момент, когда подкинутая в воздух деревянная дубина превращается в космический корабль в «Космической одиссее 2001» Стэнли Кубрика. Тысячи лет эволюции человечества спрессованы в поэзии двух кадров; это момент магии и чуда, волшебства и трепета. В этом и кроется сила кино.

За два последних десятилетия, в течение которых я путешествовал по миру и читал лекции по сценарному искусству, мне пришлось наблюдать, как стиль написания сценариев все более становится средством визуального выражения. По моему наблюдению, появляются некие книжные приемы, например процесс обдумывания содержания и названий глав, которые начинают просачиваться в современный сценарий. «Убить Билла» – первая и вторая части, «Часы», «Семейка Тененбаум», «Красота по-американски», «Превосходство Борна», «Маньчжурский кандидат» и «Холодная гора» – только некоторые примеры таких фильмов. Очевидно, что новое поколение, поголовно разбирающееся в компьютерах, выросшее на интерактивном программном обеспечении, цифровом повествовании и редактируемых приложениях, воспринимает мир более визуально и поэтому может выразить его более кинематографично.

Однако принципы написания сценариев остаются прежними вне зависимости от того, в какую эпоху, в какое время и в каком месте мы живем. Великие фильмы не устаревают – в них заключено и отражено то время, в которое они были созданы, но основы человеческого существования остаются такими же, какими они были тогда.

Цель книги «Киносценарий…» – желание изучить сценарное ремесло и проиллюстрировать основы драматургической структуры. Если вы хотите написать сценарий, вам нужно учесть два обстоятельства. Первое – написанию должна предшествовать подготовка: исследование, время на обдумывание, работа над персонажами и проработка структуры сценария (в отечественной кинодраматургии, как правило, сценаристы используют термин «конструкция сценария». – Прим. ред.). Второе – исполнение, то есть само написание киносценария, набросок изображений и диалогов. Самое сложное при этом — знать, что писать. Так было, когда я готовил свою первую книгу, так осталось и сейчас.

Эта книга не относится к разряду «как это сделать»; я не могу никого научить, как написать сценарий. Люди сами учатся этому ремеслу. Я могу лишь показать, что необходимо сделать, чтобы написать успешный сценарий. Вот почему я отношу эту книгу к разряду «что надо сделать», имея в виду, что если у вас есть идея для киносценария, но вы не знаете, как ее воплотить в жизнь, то я могу вам помочь.

Я провел годы за чтением и написанием киносценариев, когда работал сценаристом-продюсером в киностудии Дэвида Л. Волпера, внештатным киносценаристом, а также главой сценарного отдела Cinemobile Systems. Я прочитал и просмотрел более двух тысяч киносценариев за два с лишним года работы и из всех этих двух тысяч выбрал только сорок таких, которые можно было представить на рассмотрение нашим финансовым партнерам для возможного производства фильмов. Почему так мало? Потому что 99 из 100 сценариев, которые я прочел, были недостаточно хорошими для того, чтобы вложить в них миллионы долларов. Другими словами, только один сценарий из ста из тех, что я прочитал, годился на то, чтобы подумать о создании фильма. В Cinemobile Systems нашей задачей было производство фильмов. Только за один год мы непосредственно участвовали в работе над 119 кинокартинами, от «Крестного отца» до фильмов «Иеремия Джонсон», «Избавление», «Алиса здесь больше не живет», «Американские граффити».

В то время, в начале 70-х, «кинопередвижка» стала простой переносной установкой, которая буквально перевернула киноиндустрию, ведь больше не нужно было заботиться о снаряжении каравана для перемещения актеров, рабочих и оборудования с одного места съемок на другое. В качестве «кинопередвижки» использовался автобус марки «Грей-хаунд» с восемью ведущими колесами. Багажное отделение заполнялось необходимым оборудованием, в салоне размещались актеры и рабочие, и мы ехали, например, на вершину горы, снимали от трех до восьми дублей в день и возвращались домой. Мой начальник, Фуад Саид, создатель Cinemobile Systems, стал настолько знаменит, что решил снимать собственные фильмы. За пару недель он раздобыл несколько миллионов долларов и мог бы получить еще больше в случае необходимости. Довольно скоро все в Голливуде начали присылать ему свои сценарии – тысячи черновиков приходили от звезд и режиссеров, от студий и продюсеров, от безвестных и знаменитых.

Именно тогда мне представилась возможность читать присланные сценарии и оценивать их с точки зрения издержек, качества и возможного бюджета. Моя работа, как мне постоянно напоминали, сводилась к «поиску материала» для трех наших основных финансовых партнеров: United Artists Theatre Group, Hemdale Film Distribution Company с главным офисом в Лондоне и Taft Broadcasting Company — материнской компании Cinemobile Systems.

Так я начал читать сценарии. Мне как сценаристу, взявшему крайне необходимый перерыв от более чем семилетнего внештатного написания сценариев (я написал девять киносценариев, по двум из которых были сняты фильмы, четыре были отложены «про запас», а три оставшихся так и не получили своего шанса), работа в Cinemobile Systems предоставила возможность под совершенно иным углом зрения взглянуть на написание киносценариев. Это оказалось потрясающим вызовом и шансом получить опыт, из которого можно было многое почерпнуть.

Я постоянно спрашивал себя, что особенного есть в тех сценариях, которые я рекомендовал, чего не было в других. Поначалу у меня не было ответа, но я постоянно возвращался к этому вопросу.

Каждое утро, когда я приходил на работу, на столе меня ждала пачка сценариев. Как бы быстро я ни работал, читая, просматривая, пропуская через себя эти рукописи, размер стопки никогда не уменьшался.

Чтение сценария – это уникальный опыт. Это не то же самое, что читать роман, пьесу, статью или воскресную газету. Сначала я вчитывался в каждое слово на странице, упиваясь каждым описанием, особенностями персонажей и драматическими событиями. Но все это не приносило плодов. Я обнаружил, что к авторским словам и стилю очень легко привыкнуть, и понял, что большинство сценариев, которые легко читать, которые отличаются прелестно звучащими предложениями, выдержанной и грамотной прозой, красивыми диалогами, обычно не принимались. Хотя читать их было, словно пить райский нектар, разлитый по страницам, прочитанное оставляло общее впечатление короткого рассказа или статьи из журнала наподобие Vanity Fair либо Esquire. Однако это было далеко оттого, какдолжен выглядеть хороший сценарий.

Я начал с того, что дал себе установку прочитывать по три сценария в день. Выяснилось, что я без проблем могу прочитать два сценария, но на третьем слова, персонажи и действия словно застывали в безжизненности сценарных штампов про ФБР и ЦРУ, смешивались с ограблениями банков, убийствами и автомобильными катастрофами, множеством французских поцелуев и вырванными кусками человеческой плоти. Все это было сдобрено местным колоритом. К двум или трем часам дня после обильного обеда с вином мне было трудно сконцентрироваться на действии и нюансах персонажа или на сюжетной линии. Поэтому после нескольких месяцев такой работы у меня появилась привычка закрывать дверь своего кабинета, класть ноги на письменный стол, выключать телефоны и дремать, откинувшись на спинку кресла и положив на грудь очередную рукопись.

Должно быть, я прочитал больше ста сценариев перед тем, как осознал, что не понимаю, что делаю. Что я пытался найти? Что отличало хороший сценарий от плохого? Да, я мог сказать, нравится он мне или нет, но каковы были слагаемые хорошего сценария? Это должно было быть больше, чем просто вереница умных отрывков и бойких диалогов, переплетенных с красивыми картинками. Выходил ли сценарий хорошим благодаря своему сюжету, героям или почти визуальному изображению места действия? А может быть, все дело было в стиле оформления или продуманности диалогов? Если я не мог ответить себе на этот вопрос, то как можно было ответить на вопрос, который мне постоянно задавали агенты, писатели, продюсеры и режиссеры: «Что ты искал?» И тогда я понял, что на самом деле мне следовало задать себе другой вопрос: «Как я читаю сценарии?» Я знал, как написать сценарий, и я точно знал, что мне нравилось, а что нет, когда я ходил в кино, но как я использовал эти знания, читая сценарии?

Чем больше я об этом думал, тем яснее это становилось. Вскоре пришло понимание: то, что я всегда пытался найти, – это стиль, который вырывался со страниц, оголяя дикую энергию, как в рукописях «Китайского квартала», «Водителя такси», «Крестного отца» и «Американских граффити». Поскольку пачка рукописей на моем столе продолжала расти, я испытывал чувства, очень похожие, на те, что посетили Джея Гэтсби в конце классического романа Ф. Скотта Фицджеральда «Великий Гэтсби». Там рассказчик, Ник Каррауэй, вспоминает, как Гэтсби иногда стоял и смотрел поверх воды на точку зеленого света, напоминавшую ему о прошлой неразделенной любви. Гэтсби верил в прошлое, он считал, что если у него будет достаточно богатства и власти, то он сможет повернуть время вспять и возродить любовь. Словно юнца, эта мечта подталкивала его на поиски любви и богатства, навстречу ожиданиям и желаниям прошлого, которые, как он надеялся, могут стать его будущим.

### Зеленый свет

Я много думал о Гэтсби и зеленом свете, пока сражался с кипами «легко читающихся» сценариев в поисках того особенного, уникального, «единственного», который смог бы выдержать серьезный экзамен студий, администрации, именитых актеров, финансистов и эго и в итоге добраться до огромного экрана в полутемном зале кинотеатра.

Как раз в это время я получил возможность читать курс по написанию сценариев в экспериментальном колледже Шервуд Оукс. В 70-е Шервуд Оукс был лицеем, в котором преподавали профессионалы. Семинары по актерскому мастерству вели Пол Ньюман, Дастин Хоффман и Люсиль Болл; Тони Билл преподавал искусство продюсирования; Мартин Скорсезе, Роберт Олтмен и Алан Пакула вели семинары по режиссуре; Джон Алонцо и Вилмош Жигмонд, двое лучших в мире операторов, преподавали операторское искусство. Это была школа, в которой продюсеры, профессиональные менеджеры кинобизнеса, операторы, режиссеры монтажа, писатели, режиссеры и редакторы рукописей преподавали свои науки. Это была уникальнейшая школа.

До этого мне никогда не доводилось преподавать сценарное искусство, поэтому пришлось привлечь собственный писательский и читательский опыт, чтобы доработать имеющийся у меня материал. Я продолжал задаваться вопросом: «Какие компоненты должны быть у хорошего сценария?» – и довольно скоро начал получать некоторые ответы. Когда читаешь хороший сценарий, ты знаешь, что он хорош, это очевидно с первой страницы, с первого слова. Стиль, изобразительные средства, развитие истории, напряжение сюжета, представление главного героя, основной замысел или проблема, поднятая сценаристом, – все это прекрасно видно с первых страниц сценариев таких фильмов, как «Китайский квартал», «Пять легких пьес», «Крестный отец», «Французский связной», «Шампунь» и «Вся президентская рать».

Я вскоре осознал, что сценарий – это история, рассказанная картинками. Сценарий обозначает субъект и обычно повествует о человеке или людях, занимающихся в каком-либо месте или местах своим делом. Человек — это главный герой, а его/ее дела — это действие. Руководствуясь этим принципом, я заметил, что в каждом хорошем сценарии есть определенные концептуальные компоненты, характерные для любого вида сценария. Эти элементы бывают выражены при помощи драматургических приемов в рамках структуры, имеющей начало, середину и конец, которым не обязательно следовать друг за другом по порядку. Когда я заново прочитал те сорок сценариев, которые представил на рассмотрение нашим финансовым партнерам, в частности сценарии фильмов «Крестный отец», «Американские граффити», «Ветер и лев», «Алиса здесь больше не живет», я осознал, что во всех них есть эта основополагающая концепция вне зависимости от того, как они были сняты.

Я начал обучать написанию сценариев с подхода, основанного на этой концепции. Если начинающий писатель знает, что такое сценарий, какой выглядит, то этого уже достаточно для того, чтобы превратить замысел в нечто стоящее, отыскать нужную тропинку в лесу.

Я преподаю сценарное мастерство, опираясь на этот подход, уже двадцать пять лет. Для написания сценариев и визуального повествования он эффективен и всеобъемлющ. Мои наработки эволюционировали, их используют тысячи студентов по всему миру. Принципы, изложенные в этой книге, прочно укоренились в киноиндустрии. Сейчас для крупнейших киностудий и продюсерских компаний нет ничего необычного в том, чтобы еще на стадии контракта прописывать требования к будущему сценарию: он должен соответствовать определенной трехэтапной структуре, фильм по нему должен длиться не более двух часов восьми минут, то есть сценарий не должен превышать ста двадцати восьми страниц (разумеется, бывают исключения).

У меня было много очень успешных учеников: Анна Хэмилтон Фелан написала «Маску» в моей студии, после чего мы продолжили писать «Горилл в тумане»; Лаура Эскивель написала сценарий «Как вода для шоколада»; Кармен Калвер – «Поющие в терновнике»; Янус Черконе – «Сила веры»; Линда Эльстад выиграла престижную награду Humanitas Award за телесериал «Войны разводов», а в начале своей карьеры сценариста моими материалами пользовались такие прославленные кинодеятели, как Джеймс Кэмерон («Терминатор» и «Терминатор 2: Судный день», «Титаник»), Тед Тэлли («Молчание ягнят», «Присяжная»), Альфонсо и Карлос Куароны («И твою маму тоже», «Гарри Поттер и узник Азкабана»), Кен Нолан («Падение “Черного ястреба”»), Дэвид О. Рассел («Три короля», «Взломщики сердец»), Тина Фей («Дрянные девчонки»), и это только некоторые из них.

На момент выхода этого издания «Киносценарий…» издавался уже около 40 раз, выдержал несколько редакций, был переведен на 22 языка, включая несколько нелегальных изданий.

Начав задумываться о переиздании этой книги, я сразу же осознал, что большинство фильмов, о которых я писал, были сняты в 70-х годах, и мне захотелось опереться на более свежие примеры, на фильмы, которые люди должны знать. Но, когда я вернулся к книге и посмотрел на примеры, которые приводил, я понял, что большинство из них считаются сейчас классикой американского кино – например, «Китайский квартал», «Гарольд и Мод», «Телесеть», «Три дня Кондора» и другие. Эти фильмы я оставил для развлечения и в качестве объекта для изучения. По многим параметрам они сейчас также актуальны, как во времена своего выхода на экран. Несмотря на то что в них есть устаревшие жизненные установки, они запечатлели определенную историческую эпоху, время волнений, социальной революции и насилия, которое отражает антивоенные настроения, превалирующие в современном обществе. Кошмар в Ираке очень похож на кошмар во Вьетнаме. Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что принципы написания сценариев, обрисованные мной в начале 80-х годов прошлого века, не потеряли своей актуальности и по сей день. Изменилось только изображение.

Эта книга для всех. Новеллисты, сценаристы, редакторы журналов, домохозяйки, бизнесмены, врачи, актеры, режиссеры монтажа, коммерческие директоры, секретари, менеджеры по рекламе и профессора университетов – каждый найдет в ней что-то интересное и полезное для себя.

Цель этой книги – позволить вам написать сценарий с позиции осознанного выбора, с уверенностью в правильности того, что вы делаете. Как я сказал раньше: «Самое сложное при написании – знать, что писать». Прочитав эту книгу, вы будете знать, что нужно делать, чтобы написать профессиональный сценарий. Сделаете вы это или нет – дело ваше.

Талант – это дар Божий: либо он есть, либо его нет, а сочинительство – это личное дело: пишите, если хотите.

## 1. Что такое киносценарий?


– Допустим, вы сидите у себя, – продолжал Стар. – Весь день вы дрались на дуэлях или же писали текст и теперь устали драться и писать. Просто сидите и смотрите тупо – мы все, бывает, выдыхаемся. В комнату входит миловидная стенографистка – вы ее уже раньше встречали и вяло смотрите теперь на нее. Вас она не видит, хотя вы рядом. Она снимает перчатки, открывает сумочку, вытряхивает из нее на стол…

Вытряхивает две десятицентовые монеты и пятак – и картонный спичечный коробок. Пятак она оставляет на столе, десятицентовики кладет обратно в сумочку, а черные свои перчатки несет к печке, открывает дверцу и сует внутрь. Присев на корточки, достает из коробка единственную спичку. Вы замечаете, что в окно потянуло сквозняком, – но в это время зазвонил ваш телефон. Девушка берет трубку, отзывается, слушает – и произносит с расстановкой: «Я в жизни не имела черных перчаток». Кладет трубку, приседает опять у печки, зажигает спичку – и тут вы вдруг быстро оглядываетесь и видите, что в комнате присутствует еще и третий, следящий за каждым движением девушки…

> – Продолжайте, – сказал Боксли, улыбаясь. – Что происходит затем?

> – Не знаю, – ответил Стар. – Я просто занимался кинематографией.

> «Последний магнат» Ф. Скотт Фицджеральд

Летом 1937 года сильно пьющий, погрязший в долгах, почти отчаявшийся Ф. Скотт Фицджеральд переехал в Голливуд в поисках новой жизни, в надежде на то, что писательская деятельность на поприще кинематографа придаст ему новые силы. Автор романов «Великий Гэтсби», «Ночь нежна», «По эту сторону рая» и незаконченного «Последнего магната», возможно, самый великий прозаик Америки, по выражению одного из его друзей, был в поисках пути к освобождению.

В течение двух с половиной лет, которые Фицджеральд провел в Голливуде, он «очень серьезно» подходил к написанию сценариев. В одном авторитетном источнике о нем было сказано следующее: «Сердце разрывается, когда видишь, сколько усилий он затратил на это». Фицджеральд брался за любой киносценарий, словно это был новый роман, и зачастую писал длинные предыстории для каждого ключевого героя, перед тем как написать хоть одно слово диалога.

Несмотря на огромную подготовительную работу, которую он проделывал по каждому новому сценарию, Фицджеральд был зациклен на поиске ответа на вопрос, который постоянно преследовал его: «В чем секрет хорошего киносценария?» Билли Уайлдер однажды сравнил Фицджеральда с «великим скульптором, которого наняли для починки водопровода. Он не знал, как соединить трубы таким образом, чтобы вода могла течь».

Работая в Голливуде, Фицджеральд постоянно пытался найти «баланс» между произносимыми словами и просмотренными фильмами. За все это время только один его сценарий добрался до экрана – адаптация романа Эриха Марии Ремарка «Три товарища» (главные роли сыграли Роберт Тейлор и Маргарет Саллаван), хотя Джозеф Л. Манкевич существенно переработал его рукопись. Он трудился над адаптациями для других фильмов, включая ужаснейшую неделю над «Унесенными ветром» (ему было запрещено использовать слова, которые не встречались в оригинальном тексте Маргарет Митчелл), однако ни один проект из тех, за которые он брался после «Трех товарищей», не оказался успешным. Рукопись для Джоан Кроуфорд под названием «Неверность» не была закончена. Ее не приняли, поскольку в ней поднималась тема измены. Фицджеральд умер в 1941 году, работая над своим финальным, незавершенным романом «Последний магнат».

Он умер, считая себя неудачником.

Меня всегда интересовал и волновал жизненный путь Ф. Скотта Фицджеральда. Наиболее глубокие чувства во мне пробуждает тот факт, что он не переставал искать ответ на вопрос, что же делает киносценарий действительно хорошим. Невероятно тяжелые жизненные обстоятельства, преследовавшие всю его жизнь, – помещение в психиатрическую клинику его жены Зельды, неподъемные долги и вышедший из-под контроля уклад жизни, злоупотребление алкоголем – все это не придавало ему уверенности для достижения успеха в ремесле сценариста. Да, да, вы не ослышались: написание киносценариев – это ремесло, дело, которому можно научиться, но несмотря на то, что к работе Фицджеральд подходил со всей ответственностью, был усерден и дисциплинирован, ему не удалось достичь тех результатов, к которым он так стремился.

Почему?

Я не думаю, что есть единственная причина. Когда читаешь его книги, записки и письма того периода, кажется, что он никогда не был полностью уверен в своем понимании, что такое сценарий; ему всегда нужно было знать, «правильно ли» он это делает, существуют ли какие-то правила, которым надо следовать, для того чтобы успешно написать сценарий.

Когда я изучал англоязычную литературу в Калифорнийском университете Беркли, для одного семинара я прочитал первое и второе издания романа «Ночь нежна». По сюжету психиатр женится на одной из своих пациенток, которая по мере выздоровления высасывает из него все жизненные соки, пока «полностью не опустошает» его. Последняя законченная Фицджеральдом книга была признана технически несовершенной, она не имела успеха.

В первом издании первой части романа повествование ведется от лица Розмэри Хойт, молодой актрисы, делящейся наблюдениями о своих отношениях с людьми, окружающими Дика и Николь Дайверов. Розмэри живет на морском побережье мыса Антиб во французской Ривьере и наблюдает, как Дайверы наслаждаются прогулками по пляжу. Ей кажется, что они – красивая пара, которой удается все, чего бы они ни пожелали. По ее мнению, у них идеальные отношения. Богатые, красивые, умные, они олицетворяют собой то, что каждый хотел бы для себя и своей половинки. Вторая часть книги рассказывает о жизни Дика и Николь, и мы узнаем, что картина, увиденная глазами Розмэри, была лишь маской, которую Дайверы показывают миру. На самом деле семью эмоционально и духовно подтачивают серьезные проблемы.

Когда было опубликовано первое издание романа, оно практически не продавалось, и Фицджеральд решил, что, возможно, он слишком много пил и его видение мира нарушено. Однако, опираясь на опыт, который он приобрел в Голливуде, Фицджеральд стал понимать, что слишком поздно представил читателям главных героев. «Самой большой ошибкой является то, – писал Фицджеральд редактору Максвеллу Перкинсу о романе “Ночь нежна”, – что настоящее начало – молодой психиатр в Швейцарии – отложено до середины книги». Он решил, что во втором издании поменяет местами первую и вторую части, и роман начнется с рассказа о жизни Дика Дайвера в военное время в Швейцарии, для того чтобы объяснить читателю, почему он ухаживал за пациенткой и женился на ней. Таким образом, он начал книгу с рассказа о главном герое, Дике Дайвере. Но и это не помогло, что в итоге подкосило Фицджеральда. Книга не пользовалась популярностью долгие годы. Только после того, как гений Фицджеральда был наконец признан, ситуация изменилась.

Больше всего меня потрясло то, чего Фицджеральд не видел; начало книги, в котором Розмари наблюдала за Дайверами, было ближе к кино, чем к роману. С точки зрения кинематографа это великолепное начало – показать, как другие видят героев. В первом издании Фицджеральд показывал нам, какой эта пара казалась, на первый взгляд: красивая и богатая, обладающая всем. Несомненно, люди видят нас совершенно не такими, какие мы есть на самом деле, за закрытыми дверьми домов. По моему мнению, Фицджеральду не хватило уверенности как сценаристу, и в итоге он изменил то прекрасное начало.

Ф. Скотт Фицджеральд был художником, зажатым между двумя мирами: миром, в котором он был гениальным писателем, и миром, где ему не хватало уверенности для проявления своего таланта сценариста.

Написание киносценария – это особенное ремесло, особенное искусство. За долгие годы я прочитал многие тысячи рукописей и всегда пытался оценить определенные вещи. Во-первых, как сценарий смотрится на странице? Много ли там незаполненного места или, наоборот, абзац громоздится на абзаце, слишком тесно? Не чересчур ли затянуты диалоги? (Или иначе: описание сцены занимает слишком мало места, а диалог «жидковат».) То, как выглядит сценарий на бумаге, бросается в глаза еще до того, как успеваешь прочитать хотя бы одно слово. Вы будете удивлены, узнав сколько решений принимается в Голливуде на основании того, как выглядят сценарии, – сразу можно сказать, вышел он из-под пера профессионала или того, кто только надеется им стать.

Сценарии пишут все: официанты из вашего любимого бара или ресторана, водители лимузинов, врачи, юристы и даже бармены, которые готовят латте «Белая шоколадная мечта» в местном «Кофе Бине». В прошлом году западное и восточное отделения Гильдии сценаристов Америки зарегистрировали 75 тысяч сценариев, и только по 400–500 из них были сняты фильмы.

Что делает один сценарий лучше другого? Не существует универсального ответа, потому что каждый сценарий уникален. Но если вы хотите взяться занаписаниесценария и просидетьнадним полгода-год, то перед этим вам надо знать, что представляет собой сценарий, какова его природа.

Так что же такое киносценарий? Инструкция или общий набросок будущего фильма? Предварительный план или диаграмма? Или, быть может, это череда, последовательность картинок и сцен с диалогами и описанием, скрепленных как жемчужины в бусах? Возможно, это просто простор для мысли?

С одной стороны, киносценарий – это не роман и уж точно не пьеса. Если вы попытаетесь проанализировать роман, то увидите, что драматургическое действие зачастую происходит только в мыслях главного героя. За развитием истории мы наблюдаем вместе с ним, с его/ее точки зрения. Главный герой делится с нами своими мыслями, чувствами, эмоциями, словами, действиями, воспоминаниями, мечтами, надеждами, устремлениями, мнениями и прочим. Персонаж и читатель вместе идут по сюжету, вместе испытывают драматизм происходящих событий и испытывают одинаковые эмоции. Мы понимаем образ действий и чувства персонажей, знаем, как они реагируют и приходят к умозаключениям. Если в истории появляются новые персонажи, то повествование дополняется их суждениями, однако основная роль в развитии сюжета остается за главным героем. Главный герой – это тот, о ком рассказ. В романах действие разворачивается у героя в мыслях, на воображаемой сцене.

В пьесе по-другому. Действие происходит на сцене, здесь, под портальной аркой, развивается сюжетная линия, а зрительный зал становится четвертой стеной. Зрители следят за жизнью персонажей, за тем, что они думают, чувствуют и говорят. Персонажи делятся с нами своими надеждами и мечтами, прошлым и планами на будущее, обсуждают свои потребности и желания, страхи и разногласия. В данном случае действие пьесы передается посредством языка драматургического действия; оно выражается словами, подходящими для описания чувств, действий и эмоций.

В киносценариях не так. В фильмах не так. В фильме визуальными средствами выражается драматизм основной сюжетной линии; нам показывают картины, изображения, отрывки и кусочки фильма: мы видим тикающие часы, распахивающееся окно, отдаленную фигуру, смотрящую вниз с балкона и курящую; где-то вне нашего поля зрения раздается телефонный звонок, крик ребенка, собачий лай, в то время как нам показывают двух смеющихся людей, чья машина сваливается в кювет. «Просто создание картинок». Суть киносценария раскрывается в картинках, и если мы это признаем, то можем сказать, что киносценарий – история, рассказанная в картинках с использованием диалогов и описаний, помещенная в контекст драматургической структуры.

Это данность киносценария, абсолютно такая же, как то, что скала твердая, а вода мокрая.

Так как сценарий – это история, рассказанная в картинках, мы можем спросить себя: «А что общего у всех этих историй?» У всех них есть начало, середина и конец – и не обязательно в такой последовательности, что подтверждает Жан-Люк Годар. Сценарии следуют основной линейной структуре, которая создает форму киносценария, так как в ней есть все индивидуальные компоненты, или детали, самой истории.

Для понимания принципа структуры необходимо начать с самого слова. У корня слова «структура», «структ», есть два важных значения. Первое значение – это «строить», «собирать в единое целое», например собирать машину. Второе значение – это «отношения между частями и единым целым».

Части и целое. Между ними – большая разница. Какие отношения между частями и единым целым? Как можно отделить одно от другого? К примеру, возьмем игру в шахматы, которая состоит из четырех компонентов: 1) фигур — ферзи, короли, слоны, ладьи, пешки, кони; 2) игрока(ов) – кому-то же нужно играть против другого человека или компьютера; 3) доски — игра без нее не представляется возможной; 4) правил — играть в шахматы, не зная правил, не получится. Все эти четыре части – фигуры, игрок(и), доска и правила – связаны друг с другом, и это приводит к результату – шахматной игре.

Игра – это пример отношений между составными частями и единым целым.

Такие же отношения справедливы для сюжета. Сюжет – это единое целое, составными частями которого являются действия, их последовательность, герои, конфликты, сцены, диалоги, первый, второй и третий акты, происшествия, эпизоды, события, музыка, места и прочее; все это составные части, и отношение между ними и единым целым вкупе дает сюжет.

Хороший сюжет – это как взаимодействие кубика льда и воды. Кубик льда обладает определенной кристаллической структурой, вода – молекулярной. Но если кубик льда тает и превращается в воду, то как можно отделить молекулы льда от молекул воды? Структура похожа на силу притяжения: это связующий элемент, которым скреплен сюжет; это – его база, фундамент, хребет и скелет. Такие же отношение между частями и единым целым, благодаря чему получается киносценарий. Это то, что делает его тем, чем он является.

Это парадигма драматургической структуры. Под парадигмой мы понимаем модель, пример или концептуальную схему. К примеру, парадигмой стола является столешница с четырьмя ножками. Парадигма допускает, что стол может быть низким или высоким, узким или широким; стол может быть круглым, квадратным, прямоугольным или восьмиугольным; он может быть сделан из стекла, дерева, пластмассы, металла или другого материала – парадигма остается неизменной: столешница на четырех ножках. Точно так же, как чемодан остается чемоданом, невзирая на его размеры и форму, это все равно чемодан.

Если бы мы захотели повесить киносценарий на стену, как картину, то он выглядел бы следующим образом.


Это парадигма киносценария. Давайте рассмотрим его составные элементы.

### Первый акт: завязка

Если киносценарий – это история, рассказанная в картинках, то что общего у всех историй? Начало, середина и конец, но не обязательно в такой последовательности; это история, рассказанная в картинках с использованием диалогов и описаний, помещенная в контекст драматургической структуры.

Аристотель говорил, что существует три составляющих драматургического сюжета: время, место и действие. Как правило, длительность голливудского фильма не превышает двух часов, или 120 минут; иностранные фильмы обычно немного короче, хотя сейчас это меняется, так как фильмы становятся языком международного общения. Однако большинство фильмов длится два часа, плюс-минус несколько минут. Это стандартная продолжительность, и сегодня в Голливуде в контракте между кинорежиссером и продюсерской компанией оговаривается, что длительность готового фильма не будет превышать двух часов восьми минут. Приблизительно это равняется 128 страницам сценария. Почему так? Это экономическая модель, выработанная годами. На тот момент, когда пишутся эти строки, одна минута обходится голливудской студии в 10–12 тысяч долларов (причем стоимость растет год от года). Кроме того, двухчасовые фильмы имеют весомое преимущество для кинотеатров просто из-за того, что за день они могут показать больше сеансов. Чем больше сеансов, тем больше денег; чем больше кинотеатров, тем больше сеансов, тем больше прибыли. Как ни крути, кино – это шоу-бизнес, а с учетом того, что стоимость производства фильма высока и по мере развития технологий с каждым годом становится все выше, сегодня фильм – это в большей степени бизнес, чем шоу.

Отталкиваться нужно от следующего тождества: одна страница сценария примерно равна одной минуте экранного времени. Не имеет значения, что превалирует в рукописи сценария: действие, диалоги или то и другое вместе; в среднем сценарная страница – это минута экранного времени, что подтверждается опытом. Хотя, конечно, бывают исключения. Сценарий фильма «Властелин колец: Братство кольца» насчитывает лишь 118 страниц, в то время как фильм идет более трех часов.

Акт первый, начало, представляет собой фрагмент драматургического действия, который занимает примерно 20–30 первых страниц и является частью драматургического контекста, известного как завязка действия. Контекстом в данном случае является место, которое что-либо содержит, наполнение. Например, объем стакана – это контекст, который имеет свое наполнение: воду, пиво, молоко, кофе, чай или сок – что угодно. Если бы мы хотели подойти творчески, то придумали бы, что стакан заполнен изюмом, сухофруктами, орехами, виноградом и прочим, однако объем стакана остается прежним. Контекст — это то, что содержит наполнение.

В этой же части драматургического действия, в первом акте, сценарист завязывает историю, вводит персонажа, передает драматургический замысел (то, о чем будет история), обрисовывает ситуацию (то, что происходит за рамками самого действия) и закладывает отношения между главным и второстепенными персонажами. Как у сценариста на все это у вас есть не более десяти минут, так как обычно у зрителей, осознанно или бессознательно, уже складывается понимание того, нравится им этот фильм или нет. Если они не понимают, что творится на экране, или начало кажется им смутным и скучным, они перестанут концентрироваться на происходящем на экране.

Проверьте сами. В следующий раз, когда пойдете в кино, проделайте небольшое упражнение: определите, сколько вам нужно времени, для того чтобы понять, нравится вам этот фильм или нет. Хорошим указанием на это послужат мысли о покупке чего-нибудь в кафе кинотеатра или ерзанье в кресле. Если такое происходит, то это означает, что режиссер потерял вас как зрителя. Десять минут – это десять страниц киносценария. Я не могу по-другому подчеркнуть всю важность этой десятистраничной части драматургического действия, она является альфой и омегой всего сценария.

В фильме «Красота по-американски» (автор сценария Алан Болл) после коротенькой первой сцены с дочерью Джейн (Тора Берч) и ее другом Рикки (Уэс Бентли) мы видим улицу, на которой живет Лестер Бёрнем (Кевин Спейси), и слышим первые слова за кадром: «Меня зовут Лестер Бёрнем. Мне 42 года. Менее чем через год я умру… К тому же я уже мертв». Затем мы видим, как начинается день Лестера. Он встает с постели и мастурбирует (это лучшее, что случается с ним за весь день, по его признанию), после чего нам показывают, в каких он отношениях с членами семьи. Все это было на нескольких первых страницах сценария: «Моя жена и дочь считают, что я настоящий неудачник, и они правы… Я что-то потерял. Я не знаю, что именно, но точно потерял… Я совершенно спокоен… Но, знаете, никогда не поздно все вернуть». Это позволяет нам понять, о чем будет история: Лестер пытается вернуть себе жизнь, которую он потерял или от которой отказался, он становится ясен нам как человек. Прочитав пару первых страниц сценария, мы можем сказать, что поняли главного героя, драматургический замысел и обстоятельства.

В сценарии «Китайского квартала» (автор сценария Роберт Таун) мы на первой же странице узнаем, что Джейк Гиттес (Джек Николсон), главный герой, – захудалый частный детектив, занимающийся скрытым наблюдением. Мы видим это, когда он показывает Кёрли (Бёрт Янг) снимки, на которых его жена занимается сексом в парке. Также мы видим, что Гиттесу нравятся такого рода расследования. Несколько страниц спустя нас знакомят с некой госпожой Малрэй (Дайана Ладд), которая хочет нанять Джейка Гиттеса, чтобы выяснить «с кем крутит шашни» ее муж. Это – драматургический замысел фильма, так как для ответа на вопрос Малрэй нам предстоит досмотреть ленту до конца. Драматургический замысел – это суть киносценария; именно он будет продвигать сюжет к завершению.

В сценарии фильма «Властелин колец: Братство кольца» (авторы сценария Фрэн Уолш, Филиппа Бойенс и Питер Джексон, фильм основан на книге Дж. Р. Р. Толкиена) из первых шести страниц мы узнаем об истории Кольца и его невероятном влиянии. Это замечательное начало, которое предваряет каждую из трех историй. Также в начале сценария рассказано о том, как в Шир прибывает Гэндальф. Мы знакомимся с Фродо (Элайджа Вуд), Бильбо Бэггинсом (Иэн Холм), Сэмом (Шон Астин) и другими; видим уклад их жизни и то, как они узнают про Кольцо. Кроме того, нам вкратце рассказывают о Средиземье. В этом начале заложены дальнейшие события «Братства» и двух следующих фильмов, «Две крепости» и «Возвращение короля».

В сценарии «Свидетеля» (авторы сценария Эрл Уоллес и Уильям Келли) на первых десяти страницах рассказано о жизни амишей в округе Ланкастер, штат Пенсильвания. Рукопись начинается с похорон мужа Рэйчел (Келли Макгилллис), после чего мы отправляемся вместе с ней в Филадельфию, где ее ребенок становится свидетелем преступления и опознает в преступнике полицейского, что приводит к тому, что у Рэйчел завязываются отношения с другим полицейским, Джоном Буком (Харрисон Форд). Первый акт целиком посвящен раскрытию драматургического замысла и обстоятельств, становлению отношений между женщиной-амишем и суровым филадельфийским полицейским.

### Второй акт: конфликт

Второй акт представляет собой часть драматургического действия, которая занимает примерно шестьдесят страниц, следует сразу за первым актом, то есть начинается после 20-30-й страницы, идет до конца второго акта, примерно до 85-90-й страницы, и является частью драматургического контекста, известного как конфликт. В течение второго акта главный герой одно за другим преодолевает препятствия, мешающие ему исполнить свое драматургическое предназначение: выиграть, достать, получить или добиться чего-то по мере развития сценария. Если вы знаете драматургическое предназначение своего персонажа, то можете создать для него препятствия, после чего сюжет превратится в преодоление этих препятствий героем на пути к исполнению его предназначения.

В «Холодной горе» Инман (Джуд Лоу) борется с трудностями на протяжении 200 миль своего пути домой на Холодную гору. Его драматургическое предназначение связано с разными причинами, «внутренними» и «внешними»: страстное желание Инмана вернуться в родные края, которые он оставил до начала войны, ведь Холодная гора – это место, где он вырос и где живет его любимая, Ада (Николь Кидман). Исполнению его желания мешает одно препятствие за другим, он борется с каждым из них только затем, чтобы в конце потерпеть неудачу. Весь фильм пронизан преодолением трудностей войны и несокрушимым желанием жить.

В «Китайском квартале», фильме-детективе, второй акт посвящен тому, как Джейку Гиттесу ставят палки в колеса в его попытках найти виновного в убийстве Холлиса Малрэя и выяснить, кто стоит за скандалом с водой. Препятствия, с которыми борется и справляется Гиттес, диктуют развитие драматургического действия сюжета. В фильме «Беглец» сюжет целиком завязан на драматургическом предназначении главного героя отдать правосудию убийцу своей жены.

Во втором акте персонажу придется справляться с препятствиями, расставленными у него на пути. Что движет героем на протяжении всего сюжета? Чего хочет главный герой? В чем заключается его драматургическое предназначение? В фильме «Властелин колец: Две крепости» повествование посвящено тому, как Фродо, Сэм и Братство пытаются преодолеть одно препятствие за другим, что выливается в жаркую схватку в Хельмовой пади.

Любая драма – это конфликт. Без конфликта нет действия, без действия нет героя, без героя нет истории, а без истории нет и сценария.

### Третий акт: развязка

Третий акт представляет собой часть драматургического действия, которая занимает 20–30 страниц, следует за вторым актом, то есть начинается после 85-90-й страницы, и длится до конца сценария. Этот акт также является частью драматургического контекста, известного как развязка. Я считаю необходимым напомнить, что развязка не обязательно подразумевает концовку; развязка означает логический финал. Какой логический финал в вашем сценарии? Герой остается жить или умирает? Женится или нет? Приходит к финишу первым или проигрывает? Побеждает л и на выборах? Удается ли ему спастись? Третий акт – это та часть действия, которая подводит историю к развязке, что не равносильно концовке; так как концовка – это обособленная сцена, кадр или последовательность кадров, которыми заканчивается сценарий.

Начало, середина и концовка; первый, второй и третий акты. Завязка, конфликт и развязка — вот три слагаемых любого сюжета. Это и есть части, определяющие единое целое.

Однако возникает желание задать следующий вопрос: если эти части создают единое целое, складываются в сценарий, то как можно перейти от первого акта, завязки, ко второму, конфликту? А потом от второго к третьему? Для этого нам потребуется написать сюжетные повороты в конце первого и второго актов.

Сюжетный поворот — это любое событие, эпизод или происшествие, внедренное в действие и коренным образом разворачивающее ход событий, – в нашем случае первый сюжетный поворот прямиком направляет действие во второй акт, в то время как второй сюжетный поворот подталкивает повествование к третьему акту. Первый сюжетный поворот случается в конце первого акта, примерно между 20-й и 30-й страницами.

Сюжетный поворот всегда связан с главным героем. В фильме «Властелин колец: Братство кольца» первым сюжетным поворотом является отправление Фродо и Сэма из Шира в Средиземье. Второй сюжетный поворот происходит, когда Братство добирается до Лотлориэна и Галадриэль (Кейт Бланшетт) открывает перед Фродо участь Средиземья и предупреждает, что кольцо должно попасть в Огненную гору. Фродо становится героем поневоле, чем очень сильно напоминает Нео (Киану Ривз) из фильма «Матрица» (Ларри и Энди Вачовски); он соглашается с выпавшей на его долю ответственностью еще при первом сюжетном повороте: его путь «избранного» начинается с этого момента. Это и есть настоящее начало истории.

В фильме «Матрица» оба сюжетных поворота ясно обозначены. Первый – это момент, когда Нео выбирает красную таблетку; второй акт начинается буквальным перерождением героя. Второй сюжетный поворот происходит, когда Нео и Тринити (Керри-Энн Мосс) спасают Морфеуса (Лоуренс Фишборн). Именно в этот момент Нео соглашается с тем, что он «избранный».

В киносценариях сюжетные повороты играют очень важную роль; именно они дают основной толчок развитию сюжета и связывают сюжетную линию в единое целое. В фильме «Китайский квартал» жена влиятельного человека нанимает Джейка Гиттеса, чтобы узнать, с кем ее муж изменяет ей. Гиттес следит за ним и видит его с молоденькой девушкой. Это завязка. Первый сюжетный поворот происходит, когда в газете появляется статья о том, что господин Малрэй попался в «любовную ловушку». В этот момент вместе со своим адвокатом появляется настоящая госпожа Малрэй и угрожает отобрать у Джейка Гиттеса лицензию через суд. Если она — настоящая госпожа Гиттес, то кто же тогда его нанял? И для чего? А по чьему указанию действовала подставная госпожа Малрэй? Зачем она это делала? Появление госпожи Малрэй переворачивает сюжет на 180 градусов – начинается второй акт. В этом и есть развитие истории; Джейк должен найти того, кто его подставил, и узнать зачем. На поиск этих ответов отведена оставшаяся часть фильма.

В фильме «Холодная гора» Инман получает письмо от Ады, когда оправляется от ран. Мы слышим ее призыв: «Вернись ко мне. Я прошу тебя: вернись ко мне». Инман наклоняет голову, он принял решение дезертировать из вооруженных сил Конфедерации и вернуться домой к Аде, на Холодную гору, на свою родину.

Сюжетные повороты – это не обязательно масштабные, динамичные сцены или последовательности эпизодов; это могут быть «тихие» сцены, когда герой принимает решение, как, например, Инман, или предпринимает какое-то действие (Фродо и Сэм покидают Шир). Посмотрите на сцену из «Красоты по-американски», в которой Лестер Бёрнем со своей женой на школьном матче по баскетболу смотрят, как танцует в перерыве подруга их дочери Анджела (Мина Сувари). История продолжается, мы становимся свидетелями эмоционального освобождения Лестера. В фильме «Матрица» первый сюжетный поворот происходит, когда Нео делает выбор между синей и красной таблетками. Он выбирает красную, и в этот момент сюжет начинает развиваться по-настоящему. Все события первого акта приближали его к этому моменту.

Не забывайте, что парадигма – это форма киносценария, она определяет то, как он будет выглядеть. Любые указания по страницам, которые я приводил, это не более чем совет, который призван помочь определить, где история переходит к следующему этапу, а не как она это делает. Вы сами должны выбрать, как это сделать. Форма сценария гораздо важнее, чем номер страницы, на которой будет сюжетный поворот. По сюжету может быть много сюжетных поворотов; я обращаю ваше внимание лишь на эти два основополагающих, закладывающих фундамент драматургической структуры киносценария.

На самом деле второй сюжетный поворот похож на первый, это просто способ развить историю, перейти от второго акта к третьему. Это продолжение повествования. Как я уже говорил, обычно его прописывают между 80-й и 90-й страницами сценария. В фильме «Холодная гора» второй сюжетный поворот очень спокойный; после того как Инман знакомится с женщиной по имени Сара (Натали Портман) и спасает ее и ее малыша от северян, он добирается до места, откуда виден Голубой хребет. Из текста сценария: «Где-то там мой дом, Ада. Уже недалеко». Вот и все; такая маленькая, но эмоциональная сцена: он дома. Так мы дошли до третьего акта, развязки.

Все ли хорошие сценарии придерживаются этой парадигмы? Да. Но удачный сценарий или кино не получается только благодаря хорошо структурированному сценарию и соответствию парадигме.

Парадигма – это форма, а не формула. Что действительно держит историю, так это структура.

В чем различия между формулой и формой? К примеру, формой куртки будут два рукава, передняя (полочки) и задняя части. Изменяя конфигурацию рукавов, полочек и задней части, мы получаем куртки разных фасонов, можем менять цвета, размеры и материалы – неизменной остается лишь сама форма.

Однако формула совсем на это не похожа. Формула не изменяется никогда, так как это набор определенных элементов, собранных вместе, поэтому в любой момент времени все они и каждый в отдельности получаются абсолютно одинаковыми. Если мы начнем массово делать определенный вид куртки, то все куртки будут одинаковыми – один шаблон, одна ткань, один цвет, одна длина и один материал. Нет никаких изменений, кроме размера. Каждый киносценарий, напротив, уникален – автор видит его по-своему.

Парадигма – это форма, а не формула; это средство донесения до зрителя истории как единого целого. Это основа, скелет. История определяет структуру, а не наоборот.

Драматургическую структуру киносценария можно определить как линейную упорядоченность связанных друг с другом происшествий, эпизодов или событий, которые ведут к драматургической развязке. От того, как вы будете использовать эти компоненты, форма сценария будет меняться. Фильм «Часы» (автор сценария Дэвид Хэа, адаптация романа Майкла Каннингема) повествует о трех различных временных периодах, он обладает определенной структурой. То же самое можно увидеть и в «Красоте по-американски»: саму историю читает голос за кадром, прямо как в фильме Вуди Аллена «Энни Холл». В фильме «Холодная гора» события тоже комментирует голосом за кадром, но в нем есть четко выраженные начало, середина и концовка. Голос за кадром ведет нас и по сюжету фильма «Гражданин Кейн», однако это не отвлекает от его формы.

Парадигма — это модель, концептуальная схема, беглое рассмотрение сюжетной линии, ее развития от начала до конца; она являет собой пример идеальной драматургической структуры киносценария.

В основе успешных сценариев лежит парадигма, но не воспринимайте мои слова буквально. Сходите в кино и попытайтесь определить структуру самостоятельно.

Возможно, что не все мне поверят. Вы можете не верить в существование начал, середин, концовок и прочего. Вы можете утверждать, что искусство, как и жизнь, это нечто большее, чем несколько отдельных «моментов», застрявших в гигантской середине, что нет никаких начал и концовок. То, что Курт Воннегут называет «чередой случайных моментов», связанных друг с другом по чистой случайности.

Я с этим не согласен.

Рождение, жизнь, смерть… Весна, лето, осень, зима… Разве это не начало, середина и конец? Утро, день, вечер… Несмотря на то что есть разница, суть не меняется. Вспомните о расцвете и падении великих древних цивилизаций – египтян, греков и римлян, каждая из которых проросла из семени маленького сообщества, достигла вершины могущества, после чего распалась и погибла.

Задумайтесь о рождении и гибели звезд, начале Вселенной. Если был Большой взрыв, то, вероятно, наступит и конец?

Подумайте о клетках нашего тела. Как часто они себя восстанавливают, воссоздают и перерождают? Каждые семь лет клетки нашего организма полностью обновляются: они рождаются, живут, умирают и рождаются вновь.

Вспомните первый день на новой работе, в школе, в новом доме или новой квартире; вы знакомитесь с новыми людьми, изучаете новые обязанности, заводите новые отношения.

С киносценариями точно так же. У них есть определенные начало, середина и конец, которые могут идти в каком угодно порядке.

Если вы сомневаетесь в парадигме или в трехактной структуре, которую зафиксировал Аристотель, то проверьте сами. Сходите на один фильм, на несколько и посмотрите, вписываются они в парадигму или нет.

Если вам интересно сценарное мастерство, то вам всегда надо следовать этой парадигме. Каждый увиденный вами фильм – это новый опыт, способ расширить ваше представление и понимание того, что такое кино, эта история, рассказанная в картинках.

И еще. Чтобы лучше разбираться в форме и структуре, вам следует читать как можно больше сценариев. Множество сценариев было издано в виде книг, которые можно найти на полках книжных магазинов. Их можно заказать, можно прочитать в Интернете на сайтах, посвященных киносценариям, можно скачать. Некоторые выложены даже бесплатно.

Мои студенты читают и изучают сценарии таких фильмов, как «Китайский квартал», «Телесеть» (автор сценария Пэдди Чаефски), «Красота по-американски», «Побег из Шоушенка» (автор сценария Фрэнк Дарабонт), «На обочине» (авторы сценария Александр Пэйн и Джим Тэйлор), «Матрица», «Энни Холл» и «Властелин колец». Тексты этих сценариев отлично подходят для изучения. Если вы не сможете найти их, то прочтите любые другие сценарии, и чем больше, тем лучше.

Парадигма работает. Это основа любого хорошего сценария, основа драматургической структуры.

## 2. Тема

> – Бутон розы… Может быть, это нечто, что он потерял… Видите ли, господин Кейн потерял практически все, что у него было. (Эверетт Слоун рассуждает о значении «бутона розы».)

> Фильм «Гражданин Кейн», Херман Манкевич и Орсон Уэллс


Фильм Орсона Уэллса «Гражданин Кейн», по результатам многочисленных опросов среди специалистов, считается лучшим фильмом всех времен. С первого кадра дается законченный визуальный портрет Кейна. Фильм начинается сценой в тумане, где первое, что мы видим, – это высокий сеточный забор, на котором висит табличка с инициалами «К. Дип». На холме высится огромный дворец. По мере приближения к нему нашему взору предстает огромное число коробок и ящиков с антиквариатом, картинами и древними артефактами, рядом в больших вольерах сидят экзотические животные. Затем нам показывают убранство огромного замка, и мы видим, что вещей в нем очень много, но сам он выглядит безжизненным. В следующем кадре человек, известный как гражданин Кейн, показан с очень близкого расстояния. С его губ слетают последние слова: «Бутон розы». Стеклянное пресс-папье в виде шара с зимним пейзажем внутри выпадает из его рук и разбивается, на экране снег, мимолетное воспоминание далекого детства.

Сюжет начинается, как классический детектив. Кто такой Чарльз Фостер Кейн? Чем он занимался? Что такое «бутон розы»? Словно в ответ на наши вопросы нас перемещают в затемненную студию, в которой сидят несколько непрерывно курящих репортеров, они заняты просмотром фрагмента фильма, посвященного Чарльзу Фостеру Кейну – человеку, большему, чем сама жизнь, человеку с ненасытным аппетитом, неумеренному во всем.

Режиссером монтажа фильма был великий Роберт Уайз («Вестсайдская история», «Звуки музыки», «Канонерка» – лишь немногие его ленты). Во время одной из наших бесед он рассказал мне, что сначала Уэллс снял фрагмент фильма о Кейне, а потом, для того чтобы он выглядел более «живым», он попросил Уайза «возить» пленку по полу монтажной комнаты, чтобы придать ей старый, обшарпанный вид. Благодаря этому приему фильм стал выглядеть аутентично и вызвал доверие зрителя. Вся жизнь Кейна в картинках проносится перед нами меньше, чем за минуту.

«Гражданин Кейн» – это отличный пример истории, рассказанной в картинках, поиск сокровенного смысла жизни главного героя, поиск, который вращается вокруг последних слов, сошедших с его уст. Такие фильмы я называю «эмоциональной детективной историей», так как, для того чтобы выяснить, что или кого он назвал «бутон розы», нам необходимо узнать жизнь Чарльза Фостера Кейна. Только ответив на этот вопрос, мы поймем, о чем фильм. Это – тема сценария.

Что необходимо для написания киносценария? Конечно же, идея, но ее одной недостаточно. Как бы важна ни была идея, она – не более чем неясное представление. В ней нет ни деталей, ни глубины, ни направления для дальнейшей работы. Да, для того чтобы приступить к написанию сценария, вам потребуется нечто большее, чем просто идея. Вам понадобится тема для драматизации идеи. Тема – это действие и персонаж. Действие — это то, о чем сюжет, а персонаж — это тот, о ком сюжет.

У каждого сценария есть своя тема – это то, о чем сюжет.

Если вспомнить о том, что сценарий похож на повествование о человеке, находящемся в определенном месте, занятом своим делом, то станет ясно, что человек – это главный герой, а то, чем он занят, – это действие. Поэтому, говоря о теме киносценария, мы подразумеваем действие/действия одного или нескольких главных героев.

В каждом сценарии действие и персонаж вплетены в драматургическую структуру. Как сценаристу вам необходимо знать, о ком ваше кино и что будет происходить с персонажем. Это базовый принцип для написания художественного произведения, применимый не только к сценариям.

Только в самом конце фильма «Гражданин Кейн», уже после смерти главного героя (как раз в тот момент история и начинается по-настоящему), когда из его складов выносят горы различного хлама, безделушек, мебели и неупакованных ящиков, мы понимаем истинное значение «бутона розы». Камера направляется в темный угол, в котором мы видим большое скопление игрушек, рисунков и статуй. Камера медленно обходит все бывшие вещи Кейна и останавливается на горящей печи, в огонь которой рабочие бросают все, что попадается им под руку. Среди этих вещей мы видим санки, на которых Кейн мальчишкой катался в Колорадо. В тот момент, когда санки отправляются в топку, в языках пламени камера выхватывает написанные на них слова – «Бутон розы».

В этот момент мы вспоминаем, как господин Тэтчер, распорядитель имения Кейна, рассказывал, что он впервые встретился с Кейном, когда ему было около десяти лет. Молодой Чарльз катался с горки на санках. Перед нашими глазами предстает захватывающий эмоциональный момент, символично изображающий ушедшую молодость Кейна. То, что он искал всю жизнь, но так и не обрел. Мы вновь переносимся за пределы дворца и смотрим, как клубы дыма безвозвратно ушедшего детства Кейна уносятся во мглу ночного неба. Фильм заканчивается кадром с тем же забором, который мы видели в первых кадрах. «Я был с ним с самого начала», – говорит господин Бернштейн и добавляет: «Господин Кейн был человеком, который потерял все». Это одни из величайших кадров в истории кинематографа.

Если вы хотите написать сценарий, то подумайте, о чем и о ком он будет? Фильм «Гражданин Кейн» начинается с загадки последних слов умирающего человека и заканчивается раскрытием тайны всей его жизни. Поиск ответа движет повествованием, развивает эмоциональную сторону сюжета фильма.

У вас есть тема для сценария? О чем она и о ком? Вы можете рассказать об этом несколькими предложениями? Предположим, что вы хотите рассказать о двух женщинах, решившихся на преступление. Что вы знаете о них? Откуда они? Какая у них история? Какое они совершили преступление и почему? Вы знаете, что случится с ними в конце фильма? Ответив на все эти вопросы, вы сможете собрать достаточно полную информацию, для того чтобы написать сценарий с позиции осознанного выбора и уверенности в себе. Если вы знаете, что делаете, то может получиться неплохой результат.

Чтобы начать писать сценарий, первым делом надо определиться с его темой. Не вводите себя в заблуждение: тема есть у каждого сценария. Фильм «Последний самурай» (автор сценария Джон Логан) повествует о ненавидящем жизнь наемнике, участнике Гражданской войны (Том Круз), прибывшем в Японию, чтобы разобраться с группой самураев. Они берут его в плен и полностью меняют его взгляды на жизнь. Персонажем является наемник, прошедший Гражданскую войну, а действием — изменения в его образе мыслей, словах и действиях, которые позволяют ему вернуть радость жизни, которую он потерял после войны. Однако это только то, что лежит на поверхности. Если мы копнем глубже, то поймем, что фильм рассказывает о том, как американский наемник постигает такие истины, как достоинство, честь и любовь к ближнему.

В фильме «Холодная гора» рассказано о возвращении Инмана домой, в городок, в котором он жил до войны, к своей возлюбленной Аде. Однако на более глубоком, эмоциональном уровне фильм повествует о любимом крае, месте, пронизанном любовью и потаенным смыслом. Для Инмана оно было практически священным до начала войны, до того, как люди начали убивать друг друга во имя «справедливости». Он безоговорочно воспринимал его своим домом, пока этические и моральные нормы не пали в бездонную пропасть войны.

В фильме «Бонни и Клайд» (авторы сценария Дэвид Ньюман и Роберт Бентон) рассказана история Клайда Бэрроу и его банды, грабившей банки на Среднем Западе во время Великой депрессии, и показана их гибель. Действие и персонаж. Очень важно выделить общую идею в драматургическом замысле. Это и будет отправной точкой вашего сценария.

Вновь повторюсь, что у каждой истории есть начало, середина и окончание. В фильме «Бонни и Клайд» начало завязывается в момент встречи Бонни (Фэй Данауэй) и Клайда (Уоррен Битти) и создания ими группировки. В середине фильма они грабят несколько банков, после чего их начинает преследовать полиция. В конце фильма они погибают. Завязка, конфликт и развязка.

Когда вы сможете изложить тему в нескольких предложениях, описав действия и героев, можете приступить к добавлению структурных и сюжетных элементов. У вас может уйти несколько страниц на то, чтобы в непринужденной форме набросать сюжет, перед тем как начать выделять основные вехи и в итоге прийти к описанию сюжета из двух-трех предложений. Не волнуйтесь на этот счет. Просто продолжайте работу до того момента, когда сможете сформулировать сюжет четко и ясно.

Понимание того, о чем вы пишете, становится особенно важным, когда вы углубляетесь в сюжет и героев сценария. Ведь кто, кроме вас, может знать ваш сюжет? Читатель? Зритель? Если вы сами не знаете, о чем пишете, то как можно рассчитывать на то, что это будет знать кто-то еще? Писатель должен всегда предлагать выбор и нести ответственность при определении драматургической задумки сюжета. Выбор и ответственность – эти два слова идут рефреном во всей этой книге. Любое связанное с сюжетом решение должно быть выбрано, а не продиктовано. Если ваш герой выходит из банка, то это одно, а если выбегает, то совсем другое.

Возможно, вас много раз посещало желание сесть за стол и начать писать сценарий, только вы не знали о чем. Начните искать тему, но знайте, что, когда вы ищете тему, она тоже вас ищет. Однажды где-нибудь вы обязательно пересечетесь, возможно, тогда, когда уже и сами того не ждали. Может быть, вы захотите взяться за написание сценария, а может быть, и нет.

О ком и о чем вы хотите написать? О герое? О конкретном переживании? О том, как вы, член вашей семьи или друг что-либо пережили? У одних людей есть идеи, из которых они хотят сделать сценарий, у других их нет. Что нужно сделать, чтобы найти тему?

Новость из газеты или телевизора, случай, произошедший с другом или родственником, могут стать темой для фильма. Фильм «Пианист» (автор сценария Рональд Харвуд, фильм основан на воспоминаниях Владислава Шпильмана) рассказывает о том, как человеку удалось выжить во времена Холокоста; также в нем показано детство Романа Полански. Фильм «Спасти рядового Райана» (автор сценария Роберт Родат) основан на реальном событии времен Второй мировой войны. В фильме «Семейка Тененбаум» (авторы сценария Уэс Андерсон и Оуэн Уилсон) рассказано о том, как неблагополучная семья справляется с неудачами и учится великодушию. Тема к фильму «Собачий полдень» (автор сценария Фрэнк Пирсон) была найдена в газетной статье.

Еще до того, как Роберт Таун написал сценарий к фильму «Китайский квартал», он однажды сказал мне, что хотел бы написать детективную историю в стиле Раймонда Чандлера. Материал для своего фильма-детектива он почерпнул из одного скандала в Лос-Анджелесе, о котором прочитал в старой газете того периода, а для фонового сопровождения он использовал историю скандала с долиной Оуэнс. Темой для «Шампуня» (авторы сценария Роберт Таун и Уоррен Битти) послужили несколько инцидентов с участием прославленного голливудского парикмахера.

Сюжет к фильму «Сообщник» (автор сценария Стюарт Битти) родился из разговора с водителем такси. Фильм «Таксист» (автор сценария Пол Шредер) рассказывает об одиночестве водителей такси в Нью-Йорке. Фильмы «Бонни и Клайд», «Бутч Кэссиди и Санденс Кид» и «Вся президентская рать» (автор сценариев всех фильмов – Уильям Голдман) основаны на жизни реальных людей и реальных событиях. Ваша тема сценария найдет вас, просто не мешайте этому. Все, что вам нужно, – это верить в себя. Начинайте подыскивать действие и персонажа.

Если вы сможете коротко изложить идею для своего сценария, зная действие и героя (мой сюжет – о таком-то человеке, живущем там-то и делающем то-то и то-то), значит, вы на правильном пути.

Следующим шагом станет расширение темы. Детализация действия и заострение внимания на главном герое дополнят сюжетную линию и подчеркнут детали повествования. Собирайте материал всеми возможными способами. От этого в любом случае хуже не будет.

В течение долгих лет я говорил со множеством людей, интересовавшихся практической ценностью и необходимостью проведения исследований. Свою карьеру в мире кино я начал с написания сценариев к документальным фильмам для Дэвида Л. Уолпера, работая над такими сериалами, как «Биография» (совместно с Майком Уоллесом, обладателем премии Пибоди); «Голливуд и звезды»; шоу The National Geographic] Men in Crisis] несколькими сериями сериала «Одиссея» Жака-Ива Кусто и множеством других. Именно работая у Уолпера, я осознал важность исследований. Они стали неотъемлемой частью моего писательского и преподавательского опыта.

Кем бы я ни работал в каждом новом проекте – писателем, режиссером или исследователем, – я всегда начинал с того, что пытался найти как можно больше сведений об исследуемой области. По моему мнению, исследования крайне важны. Любая писательская работа подразумевает проведение исследований, что, по сути, является сбором информации. Не забывайте, что самая сложная задача писателя – знать то, о чем пишешь.

Во время исследований – работаете ли вы с письменными источниками, такими как книги, журналы или газеты, или проводите личные встречи – вы получаете информацию, которая поможет вам написать сценарий с позиции осознанного выбора и уверенности в себе. Вы можете воспользоваться всей имеющейся информацией или лишь какой-то ее частью, а можете и вовсе ее не использовать. Это станет ясно из сюжета. Самое плохое – это совсем не использовать имеющуюся информацию или использовать ее в ограниченном объеме из-за недостатка сведений.

Многие люди приступают к переносу своих идей на бумагу, имея весьма расплывчатые, наполовину оформившиеся идеи. Этого хватит не более чем на 30 страниц. Вы просто не будете знать, что произойдет дальше, что надо дальше делать, куда идти. Это приведет к тому, что вы начнете злиться, смущаться и расстраиваться. На этом этапе многие бросают попытки дойти до конца.

Существует два типа исследований. Один из них я называю текстовым исследованием. Это значит, что вы идете в библиотеку, набираете книг, газет и журналов об интересующем вас периоде и начинаете их читать, пытаясь узнать о нужных людях, профессиях, событиях и остальном. Если вы пишете о каком-то конкретном историческом периоде, то вам необходимо собрать информацию о нем и происходивших в то время событиях, чтобы они отразились на эмоциях, которые переживают ваши герои. Читая различные источники рассматриваемого периода, я получаю большинство необходимых мне сведений, также мне очень помогают чьи-либо личные воспоминания. Если вы хотите взять тему, в которой не очень хорошо разбираетесь, то вам нужна информация, позволяющая приблизить к существующим реалиям вашу сюжетную линию. Режиссер кинокартины «Последний самурай» Эдвард Цвик очень плотно сотрудничал со сценаристом Джоном Логаном. Цвик больше года читал о культуре Японии и традициях самураев.

Второй тип исследований я называю живым. Он подразумевает проведение интервью и общение с людьми, что в итоге приводит к тому, что вы начинаете «чувствовать» тему. Если интервью представляется возможным или необходимым, вы будете очень удивлены: часто люди сами с удовольствием рассказывают о том, что вы хотите услышать. Многие из них сделают все для того, чтобы полученная вами информация была точной и полной. У интервью есть и другое преимущество: с помощью него вы можете быстрее получить личную точку зрения, чем при обращении к книгам, газетам или журналам. Лучше иметь под рукой кого-то «подкованного». Помните: чем больше вы знаете, тем проще вам будет общаться, ведь сформированная позиция по нужному вопросу не только говорит о вашей ответственности, но и дает возможность выбора, что особенно важно для творческого подхода.

В данный момент я пишу научно-фантастическую приключенческую сагу о космическом происшествии, которое окажет очень сильное влияние на Землю. Так как я ничего не знаю о подобных вещах, я поговорил со специалистом по связям с общественностью из Лаборатории реактивного движения в Пасадене, штат Калифорния. Она снабдила меня не только множеством сведений, но и именами ученых, после чего я почти три месяца изучал явление, которое называется «вспышка гамма-излучения». Благодаря этой информации, даже несмотря на то что мне приходится «растягивать» реальность, чтобы вместить в нее свой писательский замысел, тема произведения не выходит за рамки возможного – того, что могло бы произойти, если бы описываемое событие действительно имело место.

Некоторое время назад мне представилась возможность поработать над сюжетом одного произведения вместе с Крейгом Бридлавом, человеком, который одно время удерживал рекорд скорости на суше. Он первым разогнался до скорости 400, 500 и 600 миль в час. Крейг разработал реактивный автомобиль, который мог проехать четверть мили со скоростью 400 миль в час. Реактивная установка действовала по тому же принципу, что аппарат, на котором астронавты впервые высадились на Луну. Мы встречались с Крейгом Бридловом в течение нескольких дней и перечитывали историю мировых скоростных рекордов.

Или, например, возьмем сюжет о человеке, который побил мировой рекорд скорости на воде на реактивном катере. Однако на момент написания этих строк такого катера не существует. Мне пришлось выяснить как можно больше по этой теме. Какой сейчас мировой рекорд скорости на воде? Где его можно побить? Смог бы реактивный катер это сделать? Как измеряют скорость движения на воде? Возможно ли двигаться по воде со скоростью выше 400 миль в час? После наших разговоров с Крейгом я начал разбираться в реактивных двигателях, узнал мировой скоростной рекорд передвижения по воде, изучил основы проектирования и построения гоночных лодок. Под влиянием наших разговоров я придумал действие и персонажа, смог соединить художественный замысел с фактами, чтобы получился драматургический сюжет.

Принципиальнейшим правилом для любого повествования служит подготовка: чем больше ты знаешь, тем большее количество сведений удастся выведать.

Исследования крайне важны для сценария. После того как вы выбрали тему и можете описать ее двумя-тремя предложениями, можете приступать к предварительному исследованию. Подумайте, что вам может помочь лучше узнать о теме. Пол Шредер, автор сценария фильма «Таксист», одно время хотел написать сценарий для фильма, действие которого происходило бы в поезде. Он сел в поезд Лос-Анджелес – Нью-Йорк, но, когда сошел на конечной станции, понял, что история у него не родилась. Ничего страшного. Выберите другую тему. Шредер начал писать сценарий к фильму «Наваждение», а Колин Хиггинс, автор сценария фильма «Гарольд и Мод», продолжил писать сюжет для фильма про поезд – «Серебряная стрела». Ричард Брукс в течение восьми месяцев проводил различные исследования, перед тем как начать писать сценарий к фильму «Вкуси пулю». То же самое он проделывал, работая над фильмами «Профессионалы» и «Хладнокровное убийство», хотя для последнего он взял за основу крайне полезную книгу Трумена Капоте. Способом проведения исследования Уолдо Солта, автора сценария фильма «Полуночный ковбой», для картины «Возвращение домой» были разговоры с 26 парализованными ветеранами Вьетнамской войны. В итоге у него набралось 200 часов записей этих интервью.

Уолдо Солт верил в то, что в сюжете можно показать «правду» персонажей. Несколько раз мне улыбалась удача поговорить с Уолдо – он был не только невероятно талантливым писателем, но и необычным человеком. Мы много говорили о сценарном мастерстве, и Уолдо сказал мне, что верит в то, что потребности главного героя (драматургическое предназначение – то, что герой хочет получить, выиграть или чего он хочет достичь) определяют драматургическую структуру. Его слова совпадали с моими мыслями: я тут же сказал ему, что сам недавно пришел к этому же выводу, когда анализировал фильм Вуди Аллена «Энни Холл»: драматургическое предназначение персонажа предопределяет те действия, которые он выбирает по ходу сюжета. Вам становится понятно, что эта нужда главного героя позволит вам более полно и многогранно изобразить его.

Для нас обоих этот момент был очень важным, его невозможно передать словами: в самый разгар нашей беседы мы перешли к долгому и страстному обсуждению изображения в сценарии «правды о состоянии человека». Уолдо подчеркнул, что, по его мнению, подготовка необходимого материала является ключом к успеху сценария. Он сказал, что диалоги «преходящи», потому что для большего эффекта актеры всегда могут импровизировать, а вот драматургическое предназначение героя неприкосновенно. Его нельзя изменить, потому что тогда нарушится сам сюжет. Он добавил, что перенос сочиненного на бумагу – это самая простая часть сценарной работы; больше всего времени уходит на визуализацию сюжета. Напоследок Уолдо процитировал Пабло Пикассо: «Искусство – это исключение ненужного».

Если вы пишете сюжет о велогонщике, например Лэнсе Армстронге, то каким гонщиком он будет? Спринтером или участником гонок на длинные дистанции? Где проходят велогонки? В каком месте вы хотите, чтобы проходили ваши гонки? В каком городе? Существуют ли разные типы гонок и гоночных трасс, ассоциаций и клубов? Сколько гонок проводится за год, сколько из них международных? Влияют ли они на сюжет, на главного героя? На каких велосипедах они ездят? Как становятся велогонщиками? На все эти вопросы надо ответить до того, как браться за перо.

Исследования обогащают новыми идеями, показывают чувства людей, подсказывают для сюжета ситуации и места. Они дают вам уверенность, при которой вы чувствуете, что разбираетесь в выбранной вами теме, опираетесь на возможность выбора, а не исходите из необходимости или вынужденного игнорирования.

Начните с темы. Когда продумываете ее, думайте о действии и персонаже. Вот как выглядит тема, если представить ее в виде диаграммы.


Существует два типа действия – физическое и эмоциональное. Примером физического действия может служить череда батальных сцен, как в начале фильма «Холодная гора», или автопогоня, как в «Буллите» или во «Французском связном». Это может быть гонка, соревнование или схватка, спровоцированная жаждой мести, как, например, в фильмах «Убить Била» и «Убить Билла 2» (автор сценария Квентин Тарантино); это может быть перестрелка на ферме, которой завершается последний акт «Свидетеля».

Эмоциональное действие или переживание – это то, что происходит с вашим героем по ходу сюжета. В фильмах «Холодная гора», «История любви», «Семейка Тененбаум», «Красота по-американски» и «Трудности перевода» (автор сценария София Коппола) эмоциональные переживания главного героя выходят на первый план. Эмоциональный контекст в фильмах величайшего итальянского кинорежиссера Микеланджело Антониони находит отражение в таких шедеврах, как «Фотоувеличение», «Приключение», «Затмение» и «Ночь». Поиск ответа на вопрос, как в современном мире правильно жить, – главный вопрос, затрагиваемый в творчестве маэстро. Как вы можете видеть, в большинстве фильмов представлены оба типа действия.

Спросите себя, сценарий какого типа вы пишете. Будет ли это динамичная приключенческая история или речь пойдет об отношениях и переживаниях? Когда вы определитесь с типом действия, переходите к жизни вашего героя.

Первым делом определите драматургическое предназначение вашего персонажа. Чего он хочет, что ему нужно? Что им движет на пути к развязке? В фильме «Китайский квартал» Джейку Гиттесу нужно найти, кто его подставил, и понять для чего. В фильме «Превосходство Борна» (автор сценария Тони Гилрой) Джейсону Борну (Мэтт Дэймон) нужно узнать, кто и зачем хочет его убить. Вы должны определить предназначение вашего героя. Что он хочет?

Сонни (Аль Пачино) грабит банк в фильме «Собачий полдень», чтобы раздобыть денег на операцию по смене пола для своего любовника. Это – его нужда. Если ваш герой разрабатывает систему, с помощью которой может обыгрывать казино в Лас-Вегасе, то сколько ему предстоит выиграть перед тем, как он узнает, работает его метод или нет? Нужда вашего персонажа порождает цель, задает направление и концовку сюжета. То, как он достигает или не достигает поставленной цели, и становится действием.

Как я говорил в начале, драма – это конфликт. Если вы знаете нужду своего героя, то можете создать препятствия, которые он должен преодолеть. То, как ваш герой с ними справляется, – это сюжет. Конфликт, борьба, преодоление внутренних и внешних препятствий – все это первоочередные элементы любой драмы и даже комедии. На плечи писателя ложится ответственность за то, чтобы интерес читателя или зрителя не угасал от начала и до конца. В этом смысле работа сценариста заключается в том, чтобы читатель охотно переворачивал страницы. Сюжет должен развиваться вплоть до развязки.

Успех зависит от вашего знания темы. Если вы определились с действием и главным героем сценария, то сможете придумать персонажа, а затем препятствия, которые ему надо будет преодолеть. Драматургическое предназначение героини по кличке Невеста (Ума Турман) в фильме «Убить Билла» – обычная месть. Эта месть – мотор, который продвигает сюжет.

В фильме «Полуночный ковбой» Джо Бак (Джон Войт) переезжает в Нью-Йорк, чтобы стать жиголо. Это и его нужда, и мечта. Он считает, что не только заработает много денег, но и удовлетворит многих женщин. Какие препятствия тут же на него обрушиваются? Его обманывает Ратсо (Дастин Хоффман), он теряет деньги, у него не оказывается ни друзей, ни работы, а нью-йоркские женщины и слыхом не слыхивали о его существовании. Вот это мечта! Его нужда разбивается вдребезги о жестокую действительность Нью-Йорка. И это – конфликт. А без конфликта не было бы действия. Без действия не было бы героя. Действие и есть герой. Человек – то, что он делает, а не то, что говорит!

Когда вы начнете развивать выбранную тему, вы увидите, что все в вашем сценарии взаимосвязано. Там нет ничего случайного или чего-то такого, что попало в него по своей «крутости». «И в гибели воробья есть особый промысел», – заметил Шекспир. «Действию всегда есть равное и противоположное противодействие», – гласит третий закон Ньютона, один из естественных законов природы. Тотже принцип можно применить и к вашему сюжету. Это – тема для вашего сценария.

РАЗБЕРИТЕСЬ В ВЫБРАННОЙ ТЕМЕ!

В качестве упражнения выберите какую-нибудь тему, которую вы хотели бы изучить для написания сценария. Можно просмотреть ежедневные газеты – вдруг что-нибудь привлечет ваше внимание. Подумайте о том, как структурировать сюжет, после чего сократите его до нескольких предложений, в которых говорится о действии и герое, а затем запишите их. Не забывайте, что у вас может уйти несколько страниц на то, чтобы понять, что вы хотите сделать, еще одна-две страницы – на то, чтобы очертить задачу яснее. После этого можете отбросить лишнее и сосредоточиться на вашей теме.

## 3. Создание персонажа

> Что есть персонаж, если не установление события? И что есть событие, если не иллюстрация героя?

> «Искусство прозы» Гэнри Джеймс


Что такое персонаж?

Этот вопрос задавали себе все, кто имеет хоть малейшее отношение к писательскому ремеслу, с тех самых пор, как было написано первое слово первого художественного произведения. Создание персонажей в реальных ситуациях – такое многогранное, многоаспектное, уникальное и индивидуальное мастерство, что любая попытка определить, как это сделать, обречена на неудачу. Поколения выдающихся писателей сменяли одно другое – от Аристотеля до Эсхила, от Ибсена до Ионеско, от Юджина О’Нилла до Артура Миллера, и каждый по-своему подходил к великому искусству и мастерству создания персонажей.

Одним из самых понятных для потомков теоретиков литературы XIX столетия был великий американский писатель-романист Генри Джеймс, автор таких шедевров, как «Женский портрет», «Крылья голубки», «Поворот винта», «Дейзи Миллер» и многих других. Джеймс был очень увлечен писательской деятельностью, он имел практически научный интерес к своей работе – точно так же, как в области физиологии его брат, Уильям Джеймс, изучавший работу человеческого мозга. Перу Генри Джеймса принадлежат несколько эссе, в которых он пытался изложить и осмыслить премудрости создания персонажей. В одном из них, «Искусство прозы» (The Art of Fiction), Джеймс задается следующим вопросом: «Что есть персонаж, как не определение события? И что есть событие, как не выявление персонажа?» Весьма глубокомысленное замечание.

Несомненно, ключевым словом этого изречения является «событие». Словарь дает нам следующее определение: «Событие – конкретный случай, который происходит в связи с чем-то». В сценарии обычно рассказывается об одном ключевом событии, в то время как сюжет – это то, как на него реагирует главный герой. Событие – это основная причина действия и отправная точка для любого героя. Я потратил на чтение и анализ различных сценариев и кинофильмов 25 лет, но только недавно стал осознавать всю важность события. Похоже, что динамика всех фильмов разворачивается на одном-единственном событии, которое становится механизмом, движущим сюжет до самого конца.

Ключевым событием фильма «Властелин колец» является то, что Фродо взял на себя ответственность донести кольцо до Огненной горы. Ключевое событие в фильме «Красота по-американски» – первая встреча Лестера Бёрнема с Анджелой, в «Китайском квартале» – это момент, когда Джейк Гиттес сталкивается с настоящей госпожой Малрэй. В сложные моменты нашей жизни мы проявляем себя с лучшей или худшей стороны. Такие события либо отпускают нас, либо накладывают отпечаток на всю жизнь. Иногда наши действия в той или иной ситуации срывают с нас повседневную маску и оголяют нашу подлинную сущность; в эти моменты всем становится понятно, кто мы такие на самом деле. Майлз из фильма «На обочине» – отличный тому пример. Он бережет самую ценную бутылку вина из своей коллекции для «особого случая», но таковой все никак не наступает.

В итоге он оказывается один в какой-то забегаловке, сперва пряча свою драгоценную бутылку за пазухой, а потом открывает и пьет вино из пластикового дешевого стаканчика.

События сценария намеренно подобраны таким образом, чтобы читатели и зрители увидели всю правду о персонаже, смогли выйти за рамки повседневности и проникнуться правдой о нем, ведь зачастую мы видим в героях себя, и, возможно, нам доставляет удовольствие осознавать, что фильм «будто про нас».

В книге «Искусство прозы» Генри Джеймс утверждает, что события, которые писатель предназначает для своих героев, – это лучший способ показать, кто они такие, то есть показать их настоящую сущность, открыть нам их истинный характер. Как они действуют в определенных обстоятельствах, как реагируют и что при этом говорят – все это, несомненно, показывает нам их подлинное лицо.

Как можно применить эту концепцию для создания своего персонажа?

«Тельма и Луиза» (автор сценария Келли Хоури) – это фильм, по сюжету которого две женщины убивают мужчину, после чего пытаются избежать наказания, укрывшись в Мексике. По пути туда они попадают в ловушку в Большом каньоне и предпочитают расстаться с жизнью, только бы не попасть в тюрьму. Если приглядеться к этим двум персонажам, то станет ясно, что это два совершенно разных человека, объединенных общим драматургическим предназначением: спастись в другой стране. Они дополняют друг друга, и в то же время у них на двоих одна жизнь и одна смерть. Во время их скитаний мы многое о нихузнаем, влюбляемся в них и желаем, чтобы все закончилось по-другому.

Утверждение Генри Джеймса о персонажах очень актуально, потому что на самом деле составные части самого характера предопределяют ключевое событие, а то, как герой на него реагирует, подчеркивает и по-настоящему определяет его. В фильме «Тельма и Луиза» мы сразу же видим это, в начале первого акта. Тельма (Джина Дэвис) и Луиза (Сьюзен Сарандон) отправляются на выходные в горы и заходят в бар, где встречают молодого человека по имени Харлан, которому очень нравится Тельма. Он поит ее в баре и пытается изнасиловать на парковке. Для Тельмы все закончилось бы плохо, если бы не подоспела Луиза; она угрожает Харлану револьвером подруги и, когда молодой человек начинает грубить ей, спускает курок, убивает его. Это первый сюжетный поворот и ключевое событие фильма. С этой минуты начинается «настоящая» история, в которой обе героини попытаются бежать в Мексику.

Как уже было сказано, первый сюжетный поворот – это настоящее начало сценария, с этого момента начинается второй акт. Теперь до конца фильма Тельма и Луиза будут скрываться. Сейчас, когда они вышли на дорогу своей жизни, как и многие другие герои во многих других фильмах, полностью предоставленные сами себе, им предстоит выяснить, кто они такие на самом деле, понести ответственность за совершенные поступки и побороться за свою жизнь. Согласен, что «Тельма и Луиза» – это фильм «дорожного» жанра, но в то же время это путешествие-просвещение, путешествие-самопознание, начинающееся с события, которое дало толчок для развития сюжета.

Персонаж определяет событие – в данном случае это было убийство Харлана, совершенное Луизой и вызвавшее чувства страха и неуверенности. Как писателей, меня и вас должно интересовать то, что заставило Луизу нажать на курок, ведь именно это событие крайне выразительно раскрывает характер персонажа. В случае Луизы это оказался случай, который произошел с ней, когда она была совсем юной девушкой; хоть об этом упоминается вскользь, но нам становится ясно, что когда-то ее изнасиловали в Техасе. Ее насильников осудили, но это не принесло ей морального удовлетворения, не утолило ее жажду мести и не было, по ее мнению, справедливым наказанием. Никто не считал ее пострадавшей, многие вообще думали, что она сама спровоцировала насилие. В тот момент она приняла для себя решение, что ее нога больше никогда не переступит границу Техаса. Это решение послужило причиной ее смерти.

В документальном фильме «Сила мифа» (The Power of Myth) Джозеф Кемпбелл рассказывает, что любое новое путешествие в духовном плане означает смерть старого и рождение нового. Кемпбелл утверждает, что герой «движется не во внешнем, а во внутреннем пространстве, к началу всех начал, к сознанию, являющемуся источником всего сущего, к Царствию Небесному, что внутри нас. Мы носим в себе отражение внешних образов».

Мне кажется, что Луиза, нажавшая на курок, чтобы убить Харлана в первом акте, – это не та Луиза, которая убила его на самом деле. Скорее, то была молодая Луиза, желавшая справедливого, женского правосудия еще в Техасе. Она так и не оправилась от нанесенного ей оскорбления, оно всегда скрывалось в ее сознании за тонкой занавесью времени и ждало времени для ответного удара.

Писатели придумали множество способов создания персонажей. Однажды я спросил Уолдо Солта, как он придумывает своих персонажей. Он ответил, что первым делом выбирает для них драматургическое предназначение, а затем просто добавляет новые и новые оттенки, пока наконец персонаж не превратится в широко известного героя. Создание персонажей стало неотъемлемой частью творчества Уолдо. Он достиг небывалых высот в сценарном мастерстве и стал выдающимся художником.

Как лучше всего придумать персонажа? Как связать его с принимаемыми им по ходу развития сюжета решениями? Как определить – будет ли ваш герой ездить на машине, кататься на велосипеде или пользоваться общественным транспортом, какие картины или плакаты висят у него дома?

Главный герой – это самый важный компонент в вашем сценарии, его краеугольный камень. Сердце, душа и нервная система вашего рассказа. Перед тем как взяться за перо, вы должны знать все о своем персонаже.

И в линейных, и в нелинейных сценариях сюжет всегда движется от начала к концу. Не важно, похож он или нет на сюжеты фильмов «Титаник» или «Часы»; «Властелин колец» или «Английский пациент» (автор сценария Энтони Мингелла); «Побег из Шоушенка» или «Помни» (автор сценария Кристофер Нолан). Развитие сюжета происходит благодаря фокусированию на действиях главного героя, благодаря тем альтернативам, которые он выбирает по ходу повествования.

Так что же такое персонаж? Действие – это персонаж; человек – то, что он делает, а не то, что говорит. Фильм – это поведение. Поскольку мы рассказываем историю в картинках, нам надо показать, как герой реагирует на те или иные события и препятствия, с которыми он борется и которые преодолевает (либо нет) по ходу сюжета. Если вы чувствуете, что ваши герои не выглядят настолько определенно и конкретно, как бы вам того хотелось, если вы чувствуете, что они должны быть мощнее, многограннее и универсальнее в своих мыслях, чувствах и эмоциях, то первое, с чем вам следует определиться, – являются ли они активным элементом вашего сценария, то есть могут ли они влиять на ход событий.

Однако перед этим вам нужно решить, кто ваш главный герой. О ком ваша история? Если в вашем сюжете три парня хотят умыкнуть лунные камни, то кто из этих трех будет главным героем? Вы должны это знать. Вы знаете, кто главный герой во «Властелине колец»? Фродо, Сэм, Гэндальф (Иэн Маккеллен) или Арагорн (Вигго Мортерсен)? А может быть, все они? Если вы не уверены в ответе, то задайте себе вопрос: о ком вся история? Во «Властелине колец» – вы можете сказать это с большой долей уверенности – Арагорн является главным героем, потому что он возглавляет Братство, принимает решения и становится королем. Но стоит вам убрать все ловушки, как вы увидите, что история сводится к тому, что им надо принести Кольцо на Огненную гору, в место, где оно было создано, чтобы уничтожить его. История повествует нам именно об этом, следовательно, главным героем является Фродо. Конечно, у вас может быть больше одного главного героя, но если вы хотите, чтобы он был только один, то это должно быть безоговорочно ясно.

Часто сюжет строится на отличии главного героя от всех остальных. Кто является главным героем в «Побеге из Шоушенка»? На Рэда, персонажа Моргана Фримана, приходится большая часть сценарного времени, к тому же именно от его лица ведется повествование об Энди Дюфрейне (Тим Робинс). Но на самом деле история как раз про Энди, и, хоть его мы видим явно реже, чем Рода, главным героем является именно он. В фильме «Бутч Кэссиди и Санденс Кид» Бутч (Пол Ньюман) – главный герой, который принимает решения. Бутч – мастер на всякие выходки. В одной из сцен он излагает свой очередной невероятный план Санденсу (Роберт Редфорд), после чего последний молча смотрит на него, разворачивается и уходит, а Бутч ворчит себе под нос: «Только у меня есть видение, а весь мир надел очки и ничего не видит». И это правда. По сценарию именно Бутч Кэссиди является главным героем – он планирует и действует. Бутч придумывает, а Санденс исполняет. Именно Бутчу пришла в голову идея перебраться в Южную Америку; он осознает, что их дни вне закона сочтены, и, для того чтобы спастись от тюрьмы и смерти, они должны бежать. Он убеждает Санденса и Этту Плэйс довериться ему. Санденс – важный герой, но не главный. После того как вы выбрали главного героя, вы можете экспериментировать с созданием его полновесного и многогранного портрета.

Существует несколько действенных способов создания героев фильма, однако вам предстоит выбрать тот, который подойдет вам больше всего. Метод, о котором пойдет речь ниже, предоставит вам возможность выбрать тот из них, который может подойти вам.

Прежде всего придумайте главного героя. О ком будет сюжет? Разделите все вехи его жизни на два основных плана: внешний и внутренний. Внутренний план развития персонажа охватывает период его жизни с рождения до начала сценарного действия, он показывает процесс формирования характера. Внешний план жизни героя – от начала до конца фильма. В нем раскрывается характер персонажа.

Фильмы – это не книги, поэтому вам нужно найти способ визуально изобразить события, затрагивающие главного героя. Вы не можете показать то, чего не знаете, следовательно, крайне важно провести черту между тем, что вы знаете о герое, своей задумкой о нем, представлением или идеей, и тем, как надо раскрыть его характер на бумаге.

Схематично это можно представить следующим образом.


Биография персонажа — это часть подготовительной работы для написания сценария, она сочиняется для раскрытия внутреннего плана жизни героя, того эмоционального воздействия, которое окружает его с рождения. Какого пола ваш персонаж? Сколько ему лет на момент начала сюжета? В какой стране и в каком городе он живет? Где родился? Он был единственным ребенком в семье или у него были братья и сестры? Было ли у него счастливое детство? Как у него со здоровьем? В каких он отношениях с родителями? Случались ли с ним в детстве какие-нибудь неприятности? Каким он был ребенком – озорным, своевольным и жизнерадостным или, напротив, послушным, «домашним»?

Начав рассказывать о формировании характера своего персонажа с самого детства, вы видите, как он развивается. Проследите за его жизнью на протяжении первых десяти лет – за его учебой в школе и отношениями с друзьями, учителями и родителями. А может быть, у ребенка был только один родитель – отец или мать? Или только дядя или тетя? Как им жилось вместе? Был ли ваш герой самостоятельным ребенком или «маменькиным сынком»? Чем зарабатывали на хлеб его родители?

После этого следует перейти к рассмотрению следующих десяти лет жизни вашего героя – обычно это подразумевает учебу в средних и старших классах. Кто повлиял на его становление? Друзья? Интересовался ли он учебой, спортом, социальными и политическими проблемами? Делал ли он уроки после школы, ходил ли на какие-либо дополнительные занятия, например кружок ораторского мастерства? Был ли у него любовный опыт, как строились отношения со сверстниками? Приходилось ли ему подрабатывать в старших классах? Как он ладил со своими братьями и сестрами? Испытывал ли он зависть или злость? Другими словами, ваша цель – выудить как можно больше информации о его юности. Какие у него были отношения с учителями и родителями в этот период жизни? Не случалось ли какого-нибудь происшествия, которое могло оставить эмоциональный след в его душе? Сколько у него было друзей? Вспомните фильм «Дрянные девчонки» (автор сценария Тина Фей). Весь сюжет построен на чувстве неполноценности.

Фильм Пола Томаса Андерсона «Магнолия» повествует об умении мириться и прощать, показывает, как действия родителей могут повлиять на детей. (В величайшей пьесе Ибсена «Привидения» поднимаются те же проблемы: какое влияние грехи отца оказывают на жизнь сына.) В «Магнолии» Эрл (Джейсон Робардс) на смертном одре признается в своих грехах, пытаясь найти себе оправдание в том, что ушел из семьи и ухаживал за молодой девушкой, в то время как его жена была при смерти, а четырнадцатилетнему сыну Фрэнку (Том Круз) пришлось одному ухаживать за ней. Это событие оказало огромное влияние на всю дальнейшую жизнь Фрэнка, в результате чего он пришел к выводу, что пол – «это оружие, которое можно использовать для уничтожения противоположного пола», и пытался убедить в этом мужчин. Несмотря на разногласия между ним и умирающим Эрлом, они все-таки успевают помириться.

Затем переходите к студенческим годам персонажа. Учился ли ваш герой в институте или хотя бы вынашивал это в планах? В каком институте или университете он учился и что было его специализацией? Интересовался ли персонаж политикой, был ли он членом студенческого совета? Был ли в кого-то влюблен в студенческие годы? Как долго они встречались и поженились ли в конце концов? Какое семейное положение у вашего персонажа на момент начала сюжета? Если он женат, то как долго и на ком?

Продолжайте сочинять жизнь главного героя до самого начала сюжета. Пройдитесь по его карьере, отношениям, мечтам, надеждам и чаяниям. Ваш герой не может избежать противоречий, которые сама жизнь вносит в его планы и мечты. Задавайтесь вопросами, наблюдайте, обратитесь к своим друзьям, семье и знакомым. Иногда можно воспользоваться историями из жизни, чуть-чуть их изменив.

Не забывайте, что ваш герой и вы – это не одно и то же. У вас иное имя, другие жизненные обстоятельства и другой возраст. Для того чтобы лучше изучить характер персонажа, вам может потребоваться расширить временной диапазон действия сюжета. Конечно, ваш герой может чем-то походить на вас, но если вы собираетесь списывать его с себя, то знайте, что эта затея не принесет успеха, ведь написание произведения – это умение задавать себе вопросы и дожидаться ответов. Мой совет – задавать вопросы, которые начинаются со слова «что», а не «почему». Если вы начинаете вопрос со слова «что», то на него будет дан конкретный ответ, а если со слова «почему», то можно получить много разных ответов, и все будут правильные. Поэтому старайтесь задавать любые вопросы, начинающиеся словом «что»: «Что заставляет моего героя так реагировать?» (вместо «Почему мой герой так поступает?»). Что я хочу сказать этой сценой? Для того чтобы сформулировать вопрос, может понадобиться некоторое время, как и на поиск подходящего ответа, однако это проверенный метод, не стоит изобретать велосипед. Именно поэтому я называю сочинение биографии героя творческим поиском. Вы задаете вопросы и получаете ответы. Вы придумываете внутреннюю, эмоциональную жизнь персонажа для экранизации таким образом, чтобы он смог пройти определенную эволюцию художественного образа по мере развития сюжета, сумел измениться и перешагнуть несколько стадий эмоциональных переживаний по ходу действия. Зачастую герои к концу сюжета очень сильно отличаются от образов, которые вы создали в начале работы над сценарием; возможно, их мысли и чувства будут меняться под влиянием разворачивающихся по сюжету событий.

После того как вы закончите рисовать внутреннюю сторону жизни героя, можете перейти к внешнему аспекту его жизни. Внешнюю сторону жизни героя мы создаем по ходу развития сюжета, с первого его появления до последнего момента, пока он находится в поле нашего зрения. Особое внимание стоит уделить отношениям героя с другими персонажами, так как потенциально это может стать ключом к более глубокому пониманию персонажа в виде сюжетных ответвлений и второстепенных действий, которые, возможно, вы захотите добавить для некоторых других персонажей.

Что нужно сделать, чтобы ваши персонажи ожили, заставили вас в них поверить, стали объемными и многогранными от первой встречи с ними до последнего появления на страницах рукописи?

Лучшим способом этого добиться может стать разделение жизни персонажа на три основных элемента: карьера, личная жизнь и свободное время. По ходу развития сюжета каждая из этих составных частей может быть драматизирована.

Карьера. Чем зарабатывает себе на жизнь главный герой? Это нужно прописать. Как уже говорилось, никто, кроме вас, не знает вашего персонажа. Кто ваш герой по профессии? Вице-президент банка, строитель, врач, настройщик музыкальных инструментов, ученый? Чем яснее это будет, тем более правдоподобный образ получится. Нравится ли ему такая жизнь? Хочет ли он изменений – другую работу, другую жену, а может быть, другого себя? В фильме «Профессия: репортер» (автор сценария Микеланджело Антониони) Дэвид Локк (Джек Николсон) находит мертвое тело и решает «поменяться жизнями» с покойником, не зная наперед, что уготовит ему эта рокировка. Иногда нам хочется того, что есть у других людей.

Теперь нужно отправиться на рабочее место вашего персонажа и обрисовать людей, с которыми он видится каждый день: его начальника, различных помощников, секретарей, продавцов, главу предприятия и так далее. Определите, какие у героя отношения с коллегами – хорошие, плохие, доверительные или натянутые; были ли у них какие-либо конфликты? Если да, то какого рода? Зависть, гнев, не сошлись характерами? Как справляется с ними ваш герой? Он спорит и дискутирует или молча все сносит? А может быть, он имеет на кого-то зуб?

Если ваш персонаж работает в офисе, то какую функцию он выполняет? Кто его самый влиятельный покровитель? Как им работается вместе? Доверяют ли они друг другу? Общаются ли в нерабочее время? Как ваш герой ладит со своим начальником? Складываются ли их отношения или существует определенная натянутость из-за распорядка в офисе, возможных реорганизаций и перераспределения акционерных долей, намечающихся сокращений зарплат и увольнений?

Когда вы будете писать предварительное эссе о жизни вашего героя на одну-две страницы, уделите внимание быту своего персонажа. Не ограничивайте себя ничем; все свои мысли переносите на бумагу. Когда вы опишете и разовьете взаимоотношения вашего героя с людьми, окружающими его на работе, переходите к созданию характера персонажа и его жизненных принципов. С этого момента начинается углубленное жизнеописание вашего героя.

Личная жизнь. Ваш главный герой женат, холост, вдовец, разведен или расстался со своей половинкой? У него есть кто-нибудь на момент начала произведения? Если да, то кто этот человек и как долго они вместе? Если он женат, то на ком? Он повстречал свою будущую супругу в школе, встречался с ней в институте или их брак был стечением обстоятельств? Супруга главного героя происходит из того же окружения, что и он сам, или принадлежит к другому слою общества? Занимает ли положение выше него по образованию или карьерной лестнице? Как долго они женаты? Время, проведенное ими вместе, может сказываться на благополучии их брака: если они поженились недавно, то будут во многом отличаться от пары, которая живет вместе уже несколько лет. Отдыхают ли они вместе, имеют ли совместное хобби? Не воспринимают ли они друг друга как должное? Много ли у них друзей, насколько они общительны? Крепок ли их брак или ваш герой поглядывает на сторону, а то и изменяет свой супруге?

Рассказать о личной жизни персонажа непросто, однако необходимо. Вспомните о конфликтах: ему может хотеться одного, а ей – совершенно другого. Речь может идти о таких важных решениях, как рождение ребенка, а может касаться и более обыденных вопросов, например спора по поводу досуга. Вникните в суть их брака и опишите его. Личная жизнь вашего героя может стать краеугольным камнем сценария или проходить на втором плане, не оказывая сильного влияния на сюжет.

Мой любимый «киношный» брак показан в фильме «Гражданин Кейн». Нам рассказывают о нем чередой невероятных сцен – начинается все свадьбой и медовым месяцем Кейна и его первой жены. В следующем кадре мы видим их за завтраком, воркующими о чем-то. В этом эпизоде использован прием быстрого панорамирования (перед нами проносятся вихри кадров), и мы видим, как они то в одной, то в другой одежде разговаривают и читают газету за завтраком. Еще одно быстрое панорамирование — и мы видим их за чуть большим столом, спорящих о чем-то. Быстрое панорамирование — это прием, который подчеркивает тот факт, что он слишком много времени уделяет газете в ущерб своей жене. Следующее быстрое панорамирование — и они уже сидят по разные стороны большого стола. Он читает Inquirer; а она Post, конкурирующее издание. Она о чем-то его спрашивает, и он просто хмурится в ответ. В следующем кадре мы видим их сидящими за очень длинным столом в абсолютной тишине. За минуту нам показали достаточно большой и важный промежуток времени. Эта последовательность сцен, промелькнувших практически без слов, многое говорит нам об их отношениях. Не забывайте, что сценарий – это история, рассказанная в картинках.

Если ваш герой одинок, то какую он ведет жизнь? Ухаживает за всеми подряд или пытается добиться расположения единственной? Если на момент начала сценария персонаж один, то когда закончились его предыдущие отношения? Они носили серьезный характер или были увлечением – так, месяца на три? Что ему нравится в людях? Если ваш герой встречается с кем-то на момент начала сюжета, то как долго? У них были конфликты? Что послужило их причиной? Что у них общего? Не подливают ли их бывшие масло в огонь? Как персонаж с этим справляется? Может быть, конфликт кроется в чем-то другом? Готов ли он на жертву ради своих чувств?

Она разведена? Если да, то как долго была замужем? За кем? Почему у них произошел разрыв? Есть ли у нее дети? Если да, то как много времени она с ними проводит? Как относятся ее дети к ее новому увлечению, что они думают по этому поводу?

Прежде чем начать писать сценарий, необходимо тщательно продумать ответы на все эти вопросы и изложить их письменно. Если у вас возникают сомнения по поводу вашего героя, посмотрите на свою собственную жизнь. Спросите себя – если бы вы оказались на месте героя, то что бы вы предприняли? Я не хочу сказать, что вы – главный герой. У вас могут быть некоторые общие черты, но необходимо повториться: вы – не ваш герой.

Распишите отношения вашего персонажа на одной-двух страницах. Когда начнете их описывать, просто дайте волю воображению – записывайте все, что приходит вам в голову: мысли, слова и чувства, не думайте о том, как это будет выглядеть. Никто, кроме вас, это не увидит.

Свободное время. Что делает ваш герой, когда остается один? Включает телевизор или тренируется для соревнования по триатлону? Может быть, он увлекается спортом и поэтому несколько раз в неделю ходит в тренажерный зал? Он бегает по утрам, занимается йогой или крутит педали на велотренажере? Ходит на уроки по рисованию? У него есть домашние животные, хобби? Может быть, он коллекционирует марки, растит цветы или любит готовить?

Вам важно знать как можно больше о карьере, личной жизни и времяпрепровождении своего героя, так как что-то из этого нужно показать в фильме. Если при написании сценария вы не знаете, что будет дальше, можно подробнее раскрыть какой-либо из этих аспектов жизни персонажа и найти что-то такое, за что можно зацепиться и продолжить повествование.

В трактате «Поэтика» Аристотель пишет: «Счастье и злосчастье проявляются в действии, и цель трагедии (изобразить) какое-нибудь действие, а не качество». Это подразумевает, что ваш герой должен быть активным, совершать поступки, а не только реагировать на уже случившееся. Иногда, впрочем, вашему персонажу необходимо как-то отреагировать на происходящее, однако невозможно, чтобы для него всегда была уготована пассивная роль. Если такое случается, то он просто растворяется на страницах, а сюжет становится размытым и бесхребетным. Герой – это поступки, которые он совершает, а фильм – это визуальное средство, поэтому писателю нужно выбрать такую сцену, которая сможет зрительно подчеркнуть черты его характера. Вы можете изобразить сцену, где ваш персонаж разговаривает с кем-то в маленьком и душном номере отеля, на пляже или под куполом ночного неба. Некоторые сцены происходят в закрытом пространстве, другие – в открытом и динамичном. Выбирать вам.

Графически концепция героя будет выглядеть следующим образом.


### Действие – это персонаж

Фильм – это поведение персонажа. Мы можем многое узнать о персонаже по тому, как он на что-либо реагирует, как ведет себя в определенных обстоятельствах. Сцены и картины отражают различные аспекты его характера, и если мы говорим, что в характере каждого человека проявляется его потаенная сущность (его жизненные ценности, действия и убеждения), то образ человека характеризуется тем, как он живет, на какой машине ездит, какие картины висят у него в гостиной, что ему нравится и что нет, что он ест и все прочие детали, по которым можно составить представление о конкретной личности. Характер проявляется в действиях и реагировании на что-либо, он задает выбор поведения, а образ, напротив, проявляется во вкусах человека, в его взглядах на жизнь, в одежде, которую он носит, машине, на которой он ездит.

Сначала вы должны сформировать вашего персонажа, составив его биографию, а потом раскрыть его сущность в тех трех аспектах, на которые можно разложить его жизнь.

Какую практическую пользу несет в себе биография персонажа? Значение этого инструмента трудно переоценить, она дает ключ к полному пониманию главного героя, а также из нее можно выудить зацепки для будущего сюжетного конфликта. Во время сюжетного действия из биографии персонажа можно извлечь немало пользы. Когда вы придумываете ее, дав волю своей фантазии, вас буквально переполняют события, которые могут обрушиться на героя. Порой их вполне можно применить в сценарии. В фильме «Семейка Тененбаум» мы знакомимся с героями на первых страницах сценария; рассказчик повествует нам об истории семьи в беллетристическом ключе: «На 35-м году жизни, зимой, Роял Тененбаум купил дом № 111 на углу Арчер-авеню… Затем в течение следующих десяти лет он и его жена Этелина завели троих детей и решили расстаться». Пока рассказик сообщает нам все это, мы видим, как растут их трое детей. Такое вступление задает тон всему фильму – про семью, неудачи и прощение.

«Что есть персонаж, как не определение события? И что есть событие, как не выявление персонажа?» – вопрошает Генри Джеймс.

В фильме «Фаворит» присутствуют четыре главных героя: Том Смит (Крис Купер), Чарльз Ховард (Джефф Бриджес), Ред Поллард (Тоби Магуайр) и рысак Сухарь. Их объединяет то, что все они чего-то лишились: Том Смит потерял свободу, Чарльз Ховард – своего маленького сына, Ред Поллард – родителей, когда его «выставили» из дома ради лучшей доли во время Великой депрессии; Сухаря посчитали ни на что не годным, когда ему было всего полгода. Этот фильм рассказывает нам о героях, которые ищут свое место в жизни, причем не только для себя, но и для своей страны, если смотреть шире. Во время Великой депрессии, в 30-е годы, они послужили примером для своих сограждан, вернули людям надежду.

Какой смысл в биографии главного героя? Возьмем того же «Фаворита»: рассказчик говорит, что Сухарь – «сын кобылы Галеты и великого скакуна по кличке Боевой Корабль… но удивить кого-то такой родословной было невозможно… В шесть месяцев его отправили тренироваться к легендарному Сани Фитцсиммонсу… Через некоторое время у Сани сложилось не лучшее мнение об этой лошади… Фитцсиммонс решил, что лошадь ленива и через некоторое время он эту лень сможет искоренить… Когда и это не помогло, он решил, что Сухарь неисправим… И стал ставить его в пару к другим лошадям. Сухаря заставляли проигрывать с небольшим отставанием для укрепления боевого духа его партнеров… К трем годам Сухарь участвовал в двух дешевых выставочных забегах еженедельно. Вскоре он стал таким же яростным и неуступчивым, каким был его отец… Его продали за рекордно низкую цену – две тысячи долларов… И это неслучайно… Лошади-чемпионы были намного крупнее и изящнее и не имели таких недостатков… Когда Сухаря впервые вывели на старт, он сделал то, чему его так долго учили, – проиграл».

Каждый из этих четверых – Том Смит, Чарльз Ховард, Ред Поллард и Сухарь – внесли свой вклад в общее дело, каждый был неотъемлемой частью целого и стал гордостью и достоянием Америки. «Знаете, – произносит в конце фильма за кадром Ред Поллард, – все думают, что мы нашли эту покалеченную лошадь и вернули ее к жизни… Но это не так… Это она вернула нас к жизни. Всех и каждого».

* * *

Если вы хотите написать сценарий, то определитесь с тем, про кого и что он будет. В качестве упражнения выберите какого-нибудь героя и составьте его биографию. Не стесняйтесь накидывать идеи, мысли, слова, не ограничивайте себя. Не переживайте о грамматике и пунктуации. Дробите написанное на фрагменты. Можно начать с рождения, но не обязательно описывать его жизнь хронологически. Если нужно, то некоторые части можно пропускать, позвольте вашему творческому «Я» выплеснуться на бумагу. Разделите жизнь вашего героя на первое, второе и третье десятилетие, а затем продолжайте начатое. Напишите таким образом пять-семь страниц, а хотите – и больше. Когда я сочиняю биографию персонажа, я исписываю и по двадцать страниц, начиная с родителей, дедушек и бабушек героя, иногда даже придумывая ему прошлые жизни, вовлекая в процесс астрологию. Это помогает получить более полное представление о персонаже.

Как только вы закончите с его биографией, переходите к карьере, личной и общественной жизни. Старайтесь сфокусироваться на развитии сюжета.


ЗНАЙТЕ ВСЕ О СВОЕМ ПЕРСОНАЖЕ.

## 4. Выстраивание персонажа

> Эймос Чарльз Данди – высокий, широкоплечий, поджарый человек около сорока лет. Своевольный, решительный, вспыльчивый – он реалист, который видит мир таким, какой он есть, он никогда ничем полностью не удовлетворен. Художник или даже скульптор сражения, понимающий, что смерть для него так же близка, как и сова, вьющая гнезда в ночи. Для Данди это свой мир, в котором он будет побеждать, проигрывать или играть вничью согласно своим собственным нуждам и желаниям. Данди – солдат. Он хорошо отдает приказы и плохо их исполняет… Мудрец, который иногда превращается в дурака… который пойдет своей дорогой через огонь, воду и медные трубы и не будет оглядываться назад и о чем-то жалеть… которому еще предстоит ошибиться.

> «Майор Данди» Сэм Пекинпа, Оскар Сол


Когда я только начал писать сценарии, мне посчастливилось пообщаться с Сэмом Пекинпой, он тогда работал над сценарием к фильму «Дикая банда». Мы вместе с его племянницей Денин работали у Жана Ренуара над премьерной постановкой его пьесы «Карола» во время учебы в Калифорнийском университете в Беркли. Когда она отправилась в Лос-Анджелес, чтобы стать актрисой, они с Сэмом жили там на пляже.

Начав писать сценарии, я превратился во что-то наподобие губки, впитывающей всю возможную информацию об искусстве и ремеслах. Это было в те благословенные летние месяцы, когда я находился рядом с человеком, который в буквальном смысле изменил стилистику и содержание западного кинематографа. Я подробно описал этот период своей жизни и отношения с Пекинпой в своей книге «Поход в кино».

Сэм был поразительным человеком: имел отменное чувство вкуса, любил поговорить, когда чувствовал себя раскрепощенным, но всегда мрачнел и «утопал в бутылке», если кто-то обсуждал его за спиной или нарушал данное ему обещание.

Большинство фильмов Сэма рассказывают о людях, которые чем-то страстно увлечены или одержимы (это как вам нравится) – их вовлекает водоворот перемен. Он развивал тему неизменяющихся людей в изменяющихся временах во многих своих фильмах: «Скачи по высокогорью» (автор сценария Н.Б. Стоун), «Майор Данди» (автор сценария Оскар Сол), «Дикая банда» (автор сценария Уолон Грин), «Баллада о Кэйбле Хоге» (авторы сценария Джон Кроуфорд и Эдмунд Пенни), «Соломенные псы» (автор сценария Дэвид Зелаг Гудмен), «Побег» (автор сценария Уолтер Хилл), «Младший Боннер» (автор сценария Джеб Роузбрук), «Пэт Гэрретт и Билли Кид» (автор сценария Руди Вурлицер) и многие другие.

До встречи с Сэмом я был наслышан о его пьяных выходках, проблемах, которые испытывали работавшие с ним киносъемочные бригады, его перфекционизме, конфликтах со студиями и продюсерами, поэтому не знал, чего от него ожидать. Мне он показался своевольным и честным, участливым и понимающим. По его словам, он не напивался «в стельку», лишь позволял себе две кружки пива в день. В одном из наших с ним разговоров он сказал, что он не снимал новых фильмов со времен «Майора Данди», уже четыре года кряду.

Сценарий к «Данди», который он написал совместно с Оскаром Солом, оказался его неудачным опытом. Студия решила отказаться от контракта и снять фильм заново, несмотря на то что контракт предусматривал стадию окончательного монтажа. Основная музыкальная тема фильма (композитор Митч Миллер) была просто смешной. По его словам, это была «личная катастрофа», и именно во время работы над «Данди» в голливудских кулуарах за ним закрепилась репутация сложного, неуправляемого человека. Чарльтон Хестен и Барри Денен рассказали мне, что он отказался от денег и потребовал, чтобы его имя было вычеркнуто из титров, однако студия на это не пошла. Он хотел переснять начальную сцену в соответствии со своей сценарной версией, но студия отказала ему и в этом. В результате его уволили из производства собственного кино. После этого ему никак не удавалось найти работу, и только перед встречей со мной он получил шанс переписать сценарий и снять «Дикую банду», продюсером которой был Фил Фельдман.

У меня было огромное желание задать ему множество вопросов о написании киносценариев; мне хотелось узнать, как он придумывал и создавал своих героев; какую информацию собирал; брал ли сюжеты для своих фильмов из жизни или они были плодом его воображения. Я мог бы спросить еще о многом, однако мне хотелось выглядеть взросло и независимо, поэтому я задавал только по нескольку вопросов за один раз. Сэм был открыт и приветлив, мне кажется, что ему нравилось болтать со мной.

Ему всегда удавалось находить превосходные визуальные метафоры, которые оказывали особое воздействие на зрителя и служили для обозначения перемены в сюжете. По моему мнению, вестерны в современном понимании никогда бы не появились без его находок: он преподносил нам характер персонажа разбитым на кусочки, что позволяло раскрыть тему одиночества, отстраненности, дискомфорта, испытываемого героем в конкретный момент. Фильм «Скачи по высокогорью» начинается сценой, на которой одинокий всадник в исполнении Джоэла Маккри въезжает в городок в разгар карнавала. Вдруг из-за угла выезжает древний «Форд-Т», водитель которого, в длинном пальто и защитных очках, начинает яростно сигналить в клаксон, чтобы Маккри освободил ему дорогу. В следующем кадре мы видим скачущего верблюда, за которым во всю прыть несется лошадь – животные идут практически бок о бок, однако скачки выигрывает верблюд, практически на корпус опередив лошадь. В начале фильма «Дикая банда» Уильям Холден помогает пожилой женщине перейти улицу, после чего тут же грабит банк вместе со своими сообщниками, пока все наблюдают за проходящим Парадом трезвости.

Однажды после того, как Сэм закончил свою ежедневную работу над сценарием «Дикой банды», мы пили пиво и наслаждались закатом, и я спросил его, как он создает структуру своих сюжетов. После секундного молчания Сэм ответил, что любит «подвешивать» свои сюжеты вокруг центрального события. Он сказал, что, как правило, строил все действие вокруг какого-то конкретного события, которое обычно приходится на середину и непосредственным образом влияет на концовку. В фильме «Дикая банда» таким событием стало ограбление поезда в абсолютной тишине. В этом – магия сюжета; после того как он придумал историю и персонажей, все происходящее в дальнейшем приводит его к ограблению поезда, что и определяет концовку. Затем Сэм принес мне рукопись – это был сценарий фильма «Майор Данди» – и попросил меня «пробежаться» по тексту.

История начинается сразу после окончания Гражданской войны. В ней повествуется о том, как майор (Чарльтон Хестон) пытается следить за шайкой апачей, чтобы спасти похищенных ими детей, которых те взяли в заложники после резни в начале фильма. Данди не задумывается не только о средствах достижения поставленной цели, но и о риске, которому он подвергает других людей. На протяжении всего фильма им движет одержимость собственной идеей.

Я перечитывал этот сценарий снова и снова, делал пометки, буквально заучивал его, словно это был экзаменационный билет. Это была замечательная школа. Я увидел, как Пекинпа создал сюжетную завязку с первых эпизодов фильма, как он изобразил персонажей визуально, а потом дописал историю так, чтобы подчеркнуть ее главное событие – засаду апачей.

Работая над документальными фильмами на студии Дэвида Уолпера, я осознал, насколько важно, чтобы фильм начинался сильными сценами, которые сразу же смогут завладеть вниманием зрителя. Фильм «Майор Данди» начинается с празднования Хэллоуина на отдаленном ранчо, затерянном в прериях Дикого Запада, в самом конце Гражданской войны. Играет музыка, люди танцуют и смеются, в то время как дети, наряженные в карнавальные костюмы, бегают вокруг дома и играют. Затем, по задумке Сэма, камера переносится с лица мальчика, разрисовавшего себя на индейский манер, на настоящего индейца в боевой раскраске. В самый разгар праздника, когда дети бегают и кричат, изображая нападение индейцев, апачи атакуют, убивая на своем пути всех, кроме мальчиков и лошадей.

Это феноменальное начало – такие я называю «чистый Пекинпа». Контраст между детскими масками их праздничных костюмов и суровыми лицами настоящих апачей, прирожденных убийц, леденил кровь. Также меня восхитило, как Пекинпа впервые представил майора Данди. В сценических ремарках мы видим все, что нам нужно о нем знать: «Своевольный, решительный, вспыльчивый… Художник, скульптор сражения, понимающий, что смерть для него так же близка, как сова, вьющая гнезда в ночи. Для Данди это мир, в котором он будет побеждать, проигрывать или играть вничью согласно своим потребностям и желаниям. Он хорошо отдает приказы и плохо их исполняет… Мудрец, который иногда превращается в дурака… который пойдет своей дорогой через огонь, воду и медные трубы и не будет оглядываться назад и о чем-то жалеть… которому еще предстоит ошибиться».

Мне хотелось создавать своих персонажей таким же образом. Мне хотелось, чтобы персонажи в моих сценариях были полноценными, реалистичными, многогранными – реальными людьми в реальных ситуациях. Поэтому я начал задаваться вопросом: как найти идею для создания персонажа, которого нужно собирать по кусочкам, чтобы превратить его в живого человека из плоти и крови, в человека, которого можно было бы сравнить с самим собой, можно было бы идентифицировать? Что нужно сделать, чтобы вдохнуть жизнь в персонажа?

Когда у меня родились эти вопросы, я понимал, что на них нет определенного ответа, потому что развитие персонажа – это частичка магии творчества, которая никогда не ослабевает и захватывает тебя целиком и полностью. Для того чтобы раз и навсегда разобраться с проблемой персонажа, крайне важно поставить себя на место героев и сочинить основу их жизни, добавив элементы, которые расширят и дополнят их портрет.

Я постоянно себя спрашивал: в чем секрет успеха настоящего персонажа? Что такое персонаж? Для того чтобы найти ответ, мне предстояло понять, что общего у всех нас.

Если хорошенько подумать, то под разными оболочками скрываются одинаковые люди – такие, как вы и я. В чем-то мы очень похожи друг на друга, хотим одного и того же, у нас схожие страхи и опасения. Мы хотим, чтобы нас любили, чтобы нас окружали люди, разделяющие наши идеалы, хотим быть успешными, счастливыми и здоровыми.

Когда, осознав это, я вновь стал перечитывать сценарий «Майора Данди», я начал анализировать героев с точки зрения их личных стремлений и желаний. Благодаря этому новому взгляду я заметил четыре основополагающих качества, которыми, по всей видимости, должен обладать каждый хороший персонаж, а именно: 1) у героя должно быть четкое и ясное драматургическое предназначение, его желание; 2) герой должен иметь собственную точку зрения; 3) герой олицетворяет отношение к чему-либо] 4) герой по мере развития сюжета должен эволюционировать.

Наличие этих четырех элементов и является залогом успеха хорошо продуманного персонажа. Рассуждая с этой точки зрения, я пришел к выводу, что, во-первых, у каждого главного или значимого героя есть собственное сильно выраженное драматургическое предназначение: то, чего он хочет добиться, достичь на протяжении всего сценария. Это нечто такое, что движет персонажем, развивая сюжетную линию, например цель героя, задание или мотивация.

В большинстве случаев драматургическое предназначение можно описать одним-двумя предложениями. Как правило, читатель узнает о нем в диалоге между персонажами, но оно может остаться невысказанным, так как весьма очевидно и не нуждается в объяснении. Однако сценаристу необходимо знать драматургическое предназначение своего героя.

В фильме «Тельма и Луиза» драматургическое предназначение героев – успешное бегство в Мексику, что предопределяет их действия на протяжении всей сюжетной линии. В фильме «Холодная гора» драматургическое предназначение Инмана – возвращение домой, в то время как Ада пытается выжить и приспособиться к новым условиям. Во «Властелине колец», как уже не раз упоминалось, необходимо донести кольцо до Огненной горы и уничтожить его там, где оно было создано.

В фильме «Аполлон-13» (авторы сценария Уильям Бройлес-мл. и Эл Райнерт) драматургическое предназначение героев – спасение астронавтов и возвращение их на Землю. Однако началось все не с этого. В начале сюжета драматургическое предназначение экипажа «Аполлона-13» – высадка на Луне, то есть их непосредственная задача; все изменилось, когда взорвался кислородный баллон. Теперь им предстоит думать не о том, как высадиться на Луне, а как вернуться на Землю.

Бывает так, что драматургическое предназначение главного героя меняется по ходу сюжета. Чаще всего для этого используется первый сюжетный поворот, настоящее начало истории. Когда Тельма убивает Харлана (первый сюжетный поворот) в фильме «Тельма и Луиза», действие приобретает совершенно иной поворот; вместо того чтобы провести месяц в горах, героини фильма становятся преступницами. Их драматургическим предназначением становится побег. В фильме «Танцующий с волками» (автор сценария Майкл Блэйк) драматургическим предназначением Джона Данбара (Кевин Костнер) является избавление от ужасов Гражданской войны, для чего он переезжает в самый дальний форт на Диком Западе. Однако, когда он наконец достигает намеченной цели – форта Седжевик (первый сюжетный поворот), его драматургическое предназначение изменяется: теперь ему нужно приспособиться к местным порядкам и выстроить отношения с индейцами из племени сиу.

Какое драматургическое предназначение у вашего героя? Можете ли вы описать его несколькими словами? Кто знает о драматургическом предназначении вашего персонажа, если не вы? При желании можете дать и другим персонажам собственное драматургическое предназначение, ведь оно является «мотором» сюжета.

Вторым аспектом каждого хорошо прописанного персонажа является его собственная точка зрения. Точка зрения – это то, как человек видит, как воспринимает мир. У каждого она своя. Точка зрения субъективна, поэтому то, во что мы верим, – для нас истина. В древнем санскритском религиозно-философском произведении «Йога-Васиштха» утверждается, что «мир таков, каким ты его видишь». Это означает, что наш внутренний мир – мысли, чувства, эмоции, память – оказывает влияние на внешний, на нашу повседневную жизнь. Наш собственный опыт и наши переживания накладывают отпечаток на то, каким мы видим окружающий мир: «человек – пекарь своего хлеба».

Точка зрения дает нам более полное понимание того, как герой видит мир. Вы слышали когда-либо такие фразы, как: «Жизнь несправедлива», «Против всех не попрешь», «Наша жизнь – игра», «Горбатого могила исправит», «Жизнь – это безграничные возможности», «Человек – кузнец своего счастья», «Не имей сто рублей, а имей сто друзей»? У каждого из нас есть собственная точка зрения – выработанная самостоятельно или та, которая нам ближе всего в силу нашего опыта и личных убеждений. Необходимо подчеркнуть, что точка зрения зависит от личного опыта.

Если у вашего персонажа есть дети, то он может выражать «родительский» взгляд на мир.

Если главный герой – студент, то он может смотреть на мир «по-студенчески». У домохозяйки, преступника, террориста, полицейского, врача, юриста, богача и бедняка совершенно различные и не похожие друг на друга взгляды на жизнь.

Какой взгляд на жизнь имеет ваш герой? Ваш персонаж выступает за защиту окружающей среды? Он гуманист? Расист? Фаталист? Он верит в колдовство и существование ведьм или убежден в том, что будущее за научным прогрессом? Считает ли ваш герой, что все наши ограничения придуманы нами самими, как Нео в «Матрице»? Доверяет ли он предписаниям врачей, рекомендациям юристов, статьям в «Уолл-стрит джорнал» или «Нью-Йорк таймс»? Доверяет ли он вообще официальным новостям?

Взгляды на жизнь индивидуальны и независимы. Вы можете быть верующим, атеистом или деистом – все три позиции выражают точку зрения. В этом нет ничего предосудительного или хорошего, ни осуждения, ни оправдания, ни оценки. Точка зрения не может быть единственно правильной, она индивидуальна и неповторима, словно цветок розы в букете. Никогда не было и не будет двух одинаковых лепестков или двух одинаковых людей.

Индейцы верят в то, что Земля – это живой организм, поэтому считают, что все на нашей планете, будь то человек, дерево, камень, животное, водный поток или цветок, – это частички Матери-Земли. Жизнь священна. Это – точка зрения.

Например, ваш герой может считать, что отсутствие постоянного партнера у дельфинов и китов аморально, потому что они – самые умные животные на планете, возможно, даже умнее человека. Ваш персонаж отстаивает эту точку зрения, участвуя в демонстрациях в майке с надписью «Спасите дельфинов и китов».

Найдите приемы, с помощью которых ваш герой сможет заявить о своей точке зрения. Четко зная точку зрения героя, легче завязать конфликт. Если персонаж верит в удачу, то он верит и в то, что ему удастся выиграть в лотерею, а если он считает все это «лохотроном», то ни в чем подобном участвовать не станет.

В фильме «Побег из Шоушенка» между Энди и Редом разыгрывается короткая сцена, раскрывающая их разные взгляды на жизнь. Ред стал абсолютным циником, проведя в тюрьме почти двадцать лет, для него «надежда» – это просто слово из семи букв. Он морально настолько подавлен тюремной жизнью, что со злостью говорит Энди: «Надежда – опасная штука. Она может свести человека с ума. Для нее тут нет места. Лучше свыкнуться с идеей». В то же время Ред, основываясь на личном опыте, пришел ко мнению, что «надежда —…лучшая из вещей». Конец фильма все же позволяет лелеять надежду. После очередной комиссии по досрочному освобождению Ред выходит на свободу и едет на автобусе в Мексику, чтобы встретиться с Энди: «Я надеюсь, что смогу пересечь границу. Я надеюсь пожать руку своему другу. Я надеюсь, что Тихий океан наяву такой же голубой, как в моих мечтах. Я надеюсь…»

У Энди другое восприятие – он верит в то, что «в мире есть вещи, не высеченные из камня, что внутри каждого из нас есть маленькая частичка, которая всегда открыта миру. Надежда». Эта вера поддерживает Энди в тюрьме, она заставляет его провести неделю в одиночной камере, в «дыре», только для того, чтобы он смог послушать арию из оперы Моцарта.

Третьим слагаемым для построения удачного персонажа являются его убеждения. Убеждения – это устойчивые взгляды на мир, идеалы и принципы, они проявляются в том, как себя ведет и что чувствует герой в конкретной ситуации. Убеждения, в отличие отточки зрения, – это умозаключения, поэтому их можно и нужно выносить на обсуждение: правильные или неправильные, плохие или хорошие, позитивные или негативные, злые или добрые, циничные или наивные, исчерпывающие или недостаточно полные, либеральные или консервативные, оптимистичные или пессимистичные. Всегда «правильное» поведение – это продукт определенных убеждений (то же самое, что всегда быть «мачо»). Любая политическая симпатия также является убеждением – вспомните, сколько споров породила война в Ираке. То же самое можно сказать о ситуации, когда вы пришли в магазин, а кассир излил на вас свой негативный поток, просто потому что ему не нравится его работа. Это тоже убеждение. Вы когда-нибудь заходили в приличный ресторан, не соблюдая установленный дресс-код? Я пытаюсь сказать о такой системе координат, в которой кто-то уверен, что он прав, а вы – нет; суждения, мнения, оценки – все это производные отношения от чьего-либо умозаключения. Понимая убеждения вашего героя, вы начинаете читать его, как открытую книгу, он становится понятен вам как личность. Доволен ли он своей жизнью и работой? У каждого из нас есть знакомые, по убеждениям которых можно судить о них самих; некоторые считают, что им все должны, кто-то винит других во всех своих бедах.

Фильм «Правда о кошках и собаках» (автор сценария Одри Уэллс) – это прекрасная романтическая комедия, сюжет которой целиком состоит из убеждений героев. Эбби (Джанни Гарофало) – женщина, живущая в соответствии со своими убеждениями; по ее мнению, все, чего хотят мужчины отженщин, – это красивое лицо и хорошая фигура. Она руководствуется этим принципом на протяжении всего фильма. Нора (Ума Турман) воспринимает свою посредственную внешность как должное. Она рассуждает о себе как о «типичной блондинке» с золотым сердцем. Вскоре обеим предстоит открыть, что их убеждения не отражают их настоящего «Я». На протяжении всего фильма они пытаются понять, кто они на самом деле.

На практике отличить точку зрения от убеждений бывает трудно. Многие мои студенты пытаются в этом разобраться, но я говорю им, что это не так уж важно. Набросав основные штрихи портрета вашего героя, возьмите жирный фломастер и разделите поле листа на четыре блока. Части и единое целое, помните? Кому какое дело, что относится к убеждениям, а что – к точке зрения? Никому, так как части и единое целое, в общем, одно и то же. Поэтому, если у вас нет определенной ясности, к какой категории отнести конкретную черту вашего героя, не волнуйтесь на этот счет. Разделите их просто для себя.

Четвертым необходимым компонентом для создания героя является эволюция, или трансформация образа. Изменяется ли ваш герой по ходу сюжета? Если да, то что именно в нем меняется, можно ли это определить? Как можно охарактеризовать состояние героя от начала сценария до его конца? В фильме «Правда о кошках и собаках» с обеими героинями происходят изменения, благодаря которым они понимают, кем являются на самом деле. Эбби понимает, что ее любили такой, как она есть, это завершает трансформацию ее характера.

В фильме «Побег из Шоушенка» Энди проводит в тюрьме 19 лет, и только тогда он узнает, кто на самом деле убил его жену и ее любовника. Когда начальник тюрьмы отказывается помочь ему начать новое судебное разбирательство, а свидетеля по имени Томми убивают, он осознает, что больше никогда не выйдет на свободу. Когда Энди попал в тюрьму, то испытывал чувство вины, несмотря на то что никого не убивал; по словам Реда, он был виновен не в том, что спустил курок, а в том, что был плохим мужем. Теперь, когда он «отсидел свое», он понимает, что настал момент выйти на свободу. Он искупил вину. Он подготавливал свое освобождение в течение долгих лет.

Не нужно изменять что-либо в персонаже по ходу сценария, если в этом нет необходимости. Хотя преобразования, изменения – это неотъемлемая часть каждой личности, особенно в наше время и в рамках нашей культуры. Я думаю, что каждый из нас немножко похож на Мелвина (Джек Николсон) из фильма «Лучше не бывает» (авторы сценария Марк Эндрюс и Джеймс Брукс). Мелвин бывает сложным и привередливым, его драматургическое предназначение раскрывается лишь в конце фильма, когда он говорит: «Когда я с тобой, я хочу стать лучше». Я думаю, что каждый из нас этого хочет. Изменение, преобразование – это закон жизни, и если вам удастся сделать так, чтобы эмоции героя позволили ему пережить нечто подобное, то это позволит сделать его характер разнообразнее и добавит новые черты в его портрет. Если вы не определились с теми изменениями, которые должны коснуться вашего героя, то не поленитесь написать на одной-двух страницах его эмоциональное состояние.

Когда будете писать сценарий, не забудьте, что ваш герой должен быть активен; он должен совершать действия, а не реагировать на происходящее. Ничего страшного, если он делает это иногда, но когда это происходит постоянно, когда герой становится пассивным и слабым, он рискует раствориться в тексте. Второстепенные персонажи начнут казаться интереснее, в них будет больше жизни и яркости.

Фильм – это поведение; действие – это герой; человек характеризуется делами, а не словами. Фильм «Тельма и Луиза» наглядно это демонстрирует. Мы узнаем о двух женщинах, нам показывают, кто они такие. Луиза не замужем, работает официанткой, у нее есть молодой человек по имени Джимми, он музыкант в уличной группе и очень редко ей звонит. Она расстроена, поэтому решает не появляться дома к его приходу. Она намерена поехать в горы к подружке, не предупредив его о своих намерениях: вернувшись, он просто ее не обнаружит. Она даст ему почувствовать, каково это. Так завязывается сюжет.

Тельма, напротив, оказалась легкомысленным человеком и плохой домохозяйкой. У нее вечный бардак на кухне, ее «завтрак» – это закуска из бара, который она убирает лишь для того, чтобы она не испортилась до следующего раза. Поведение этой героини и вид кухни позволяют судить о ее характере; мы видим, какая она, по ее действиям. Ее муж, Деррил (Кристофер МакДональд), – надменный, эгоистичный самодур, бывшая звезда колледжа, чьи лучшие годы уже позади. Он настолько не уважает Тельму, что последней приходится соврать для того, чтобы она смогла провести уик-энд со своей подругой. Тогда чувство вины заставляет ее оставить для мужа еду в микроволновке. Луиза говорит ей, что в отношениях все получают то, что заслуживают. Тельма выбрала для себя такую жизнь и такие постоянные отношения.

В первом акте раскрываются отношения героинь. К 10-й странице сценария, когда они приезжают на парковку у бара «Серебряная пуля», мы узнаем о них в основном через призму их отношений с их мужчинами. К тому моменту, когда Харлан пытается изнасиловать Тельму в конце первого эпизода, это уже вполне сформировавшиеся персонажи. Когда Луиза спускает курок, их жизнь и судьба круто меняются. Это первый поворот сюжета. Это происшествие делает из них преступниц в бегах, меняет и предопределяет их развитие.

Убийство круто меняет жизнь персонажей. Их побег в Мексику становится путешествием-просвещением, путешествием-самопознанием, приближающим их к смерти. Их судьба была предрешена их собственными поступками, а их действия показали нам, кем они на самом деле являются. Они «сожгли мосты» и буквально «вырвались из объятий мира», как говорит Келли Хоури. Пути назад не стало. В одну реку не войти дважды.